Только сейчас Вивьен поняла, что они с матерью говорили на цыганском языке. В нескольких словах она пересказала Майклу смысл их беседы.

— Можно мне посмотреть? — попросил он. — Обычное одеяло, — сказал он, тщательно обследовав вещь.

— Ты что? Опять сомневаешься в моей честности? — требовательно спросила Вивьен.

— Конечно, нет, — быстро отреагировал Майкл, — я просто хотел найти что-нибудь, что могло бы выдать твоего отца: вышивка или что-то в этом роде. И если ее роман разгорелся в Эбби, то Розочки наверняка должны его знать. Было бы очень странно, если это не так.

Сердце Вивьен забилось чаще. Неужели Розочки знают больше, чем рассказали?

Повернувшись к Рейне, Майкл спросил:

— Вы можете описать того, кто отдал вам Вивьен?

— Было темно, — начала Рейна, — это был высокий человек. И прежде чем отдать Вивьен, он поцеловал ее. Управлял каретой невысокий толстый человек с пятнами на лице, какие часто бывают у аристократов.

— Веснушки, — поправила ее Вивьен.

— И где это произошло? — спросил Майкл.

— На дороге недалеко от Оксфорда.

— Спасибо, миссис Тори. Вы очень помогли.

Рейна улыбнулась, потрепала Вивьен за щеку и ушла обратно к кибитке.

— Я тоже хочу кое в чем признаться, — подумав, сказала Вивьен, — я не собиралась жить с Розочками больше двух месяцев. Мне было достаточно двух сотен гиней, чтобы обеспечить моих родителей.

— А я думал, ты нацелилась на все бабушкино состояние, — перебил ее Майкл.

— Более того, когда мы впервые встретились, ты был таким грубым, что я решила сделать так, чтобы ты влюбился в меня. А потом, когда бы я ушла, посмеяться над тобой.

— Я не дал тебе такого шанса, не так ли? — засмеялся Майкл. — Ну все, хватит. Выходи за меня замуж, Вивьен.

Мгновение она не могла вздохнуть. В груди все сжалось.

Тягостная, глупая безнадежность.

— Я не хочу возвращаться в твой мир, — сказала она, — не хочу плести интриги, встречать людей, подобных графине.

Лицо Майкла омрачилось.

— Все узнают, что она сделала с твоим отцом, и многие ее осудят. Она потеряет свое драгоценное положение в обществе.

— Я не хочу мести, — сказала Вивьен. Это была правда, и она почувствовала облегчение, сказав это. — Я хочу видеть своих родителей, хочу свободной жизни.

— Конечно, в обществе встречаются такие снобы, как графиня. Но я всегда буду рядом с тобой, — не сдавался Майкл.

Вивьен было приятно осознавать, что Майкл стал бы защищать ее.

— Здесь мой дом. Лес — мои стены, звездное небо — потолок.

Майкл приблизился к ней, их колени соприкоснулись.

— А у меня огромная библиотека и достаточно большая кровать, чтобы поместить двоих.

Мурашки побежали по спине Вивьен.

— У меня здесь родители, которые никогда не предадут меня.

— А у меня бабушка, которая скучает по тебе. И маленькая девочка, которая просит рассказать ей сказку.

Вивьен вспомнила:

— Я же оставила сказку для Эми на столе. Ты нашел ее?

— Я был слишком занят поисками тебя. Чтобы вернуть домой. Мы подходим друг другу, Вивьен. Ты нужна мне. Выходи за меня замуж, и мы будем предаваться любви каждую ночь всю оставшуюся жизнь.

Майкл хотел ее тело. Она тоже этого хотела. Быть с ним рядом хотя бы несколько минут. Она должна сопротивляться натиску его голубых глаз. Она не должна так страстно желать объятий этого лорда-аристократа…

Вивьен нежно погладила его по щеке.

— О, Майкл, я так тебя люблю, — прошептала она. — Да, я буду твоей женой.

На следующий день весь табор был захвачен приготовлениями к свадьбе.

Летая в облаках от счастья, Вивьен помогала готовить обильный стол. В этот вечер она выйдет замуж за Майкла по цыганскому обычаю, а через несколько дней они будут венчаться в английской церкви.

Из Эбби прибывали дюжины повозок, наполненные фруктами и овощами, сырами и ветчиной, пирожными и разного рода сладостями.

Пока Вивьен помогала готовить праздничный обед, она узнала все новости табора, что произошли в ее отсутствие. Старуха Шари вылечила свой ревматизм, Тесла к весне родит еще одного ребенка, у маленького сына Кея выпал первый зуб.

Женщины, в свою очередь, восхищались богатым и красивым женихом Вивьен. Он, по их мнению, был даже лучше Януша, который сейчас ухаживал за чувственной. Орлендой с вполне очевидными намерениями.

Вивьен понимала, что отдалилась от этих женщин. Она сама стала аристократкой. Ей придется жить в Эбби с множеством комнат и слуг, принимать гостей, определяя, кто из них друг, а кто может предать.