– Потому что однажды я попросила выдать мне судебный приказ, как бы охранную грамоту. Но мне не поверили и просьбу отклонили.

Сочувствую, – осторожно сказал Патрик. Он всегда старался избегать критики в адрес коллег в правовых органах. Однако ему было известно о жалобах на домашнее насилие, особенно частых в высоких социальных кругах, где мужья были успешны и убедительны. К тому моменту, когда женщина решалась на такую жалобу, она была уже доведена до крайности и часто производила впечатление неуравновешенной, истеричной, полусумасшедшей особы – только потому, что слишком долго терпела издевательства, пытаясь оградить и защитить репутацию мужа и семьи.

– Дочери сегодня нет дома, – призналась Мариса, – вот я и подумала: может быть, мне удастся с вами немного поговорить. Вдруг вы мне что-то подскажете.

– Конечно, – заверил Патрик. Женщина была высокая и стройная и двигалась с такой грацией и нерешительностью, словно долгое время была не уверена в себе. Патрик увидел, как она обернулась и посмотрела на него, словно угадав его мысли.

Они прошли через гостиную, и она виновато взглянула на него.

– У меня компьютер в спальне, – объяснила она.

– Отлично, – ответил он, зная, что ей нужна поддержка и уверенность в том, что ее правильно поняли.

Благодарно кивнув, она подвела его к столу. Компьютер был ее рабочей лошадкой: клавиатура старенькая, монитор невероятных объемов. Сбоку монитора красовалась древняя наклейка клиники Джона Хопкинса.

– Вы учились в этом колледже? – спросил Патрик.

– Да, в школе медсестер. Этот компьютер стоит у меня еще с той поры. Когда я уехала из дома – это случилось в апреле, – он был единственной вещью, которую я забрала с собой. Мне был очень важен доступ в Интернет и почта, потому что это был единственный способ общаться с людьми, которые мне дороги. Моя мама…

– А почему вы уехали из дома?

– По той же причине, что и Лили. То есть Мара.

– Сочувствую, – сказал Патрик.

Спасибо. – И она взглянула на него так, словно знала, что он говорит искренне. Может быть, нужно сказать ей, что она не должна бояться и стыдиться, что не ее вина в том, что так случилось? Или она уже это поняла? Знала ли она, что подобные мужчины часто выбирают в жертвы женщин, профессии которых связаны с медициной? Но сам Патрик относился к статистике с подозрением. Потому что статистика не учитывала женщин вроде Лили, а Мариса, по-видимому, как раз из их числа. Он глядел, как она села за компьютер и ее худенькие плечи подскочили к ушам, и пытался представить, как долго она находилась в состоянии стресса.

– Вы работаете в режиме прямого общения? – спросила она. – Пользуетесь Интернетом?

– Я же в отставке, – улыбнулся он. – Это одно из развлечений и способов коротать дни. Рыбалка, бейсбол и поиск в онлайне.

– Вот и я тоже занимаюсь поиском, – призналась она. – Например, когда я узнала, что у Роуз тетрада Фалло, я целыми днями сидела на сайте школы медсестер.

– Тетрада – какая?

– Фалло, – повторила Мариса. – Это врожденный комплексный порок сердца.

Патрик внутренне напрягся. Он представил Лили с дочерью в дверях гостиницы, вспомнил, как Энн вернула на прежнее место стенд с постером. Такие стенды очень характерны для маленьких городков; их можно увидеть в закусочных и химчистках – везде, где какому-нибудь ребенку требуется медицинская помощь. Неприятный сюрприз для Мэйв – у ее правнучки проблемы с сердцем. Эта мысль на секунду вернула Патрика к Мэйв, но основное его внимание было приковано к Марисе.

– Еще… еще мне нравится группа «Спирит», – призналась Мариса.

– Всем нравится группа «Спирит», – сказал Патрик и промурлыкал несколько тактов из песни «Одинокая дочь».

– Недурно. – И впервые за все время с момента его приезда Мариса улыбнулась ему настоящей улыбкой.

– Вы играете их музыку на скрипке?

– Довольно часто. Но я не об этом хотела с вами поговорить….

– О чем же?

Улыбка исчезла с ее лица, когда она снова повернулась к компьютеру.

– Видите ли, существует сайт поклонников группы «Спирит». Мне неловко в этом признаться, но иногда я туда захожу. Уже несколько лет. Эти люди – в общем, они сами как единый ансамбль. Умные, шутливые, при этом очень социально заинтересованные. Мне нравятся такие люди.

«Умные, шутливые, социально заинтересованные». Патрик запомнил и кивнул. Ну, может быть, он и не такой умный, но ему вдруг захотелось самому попасть в число людей, которые нравятся этой женщине с бархатными карими глазами.

– Кроме того, многие продают диски и записи живых концертов, которые больше нигде не достать. Короче, я понимаю, что вы полицейский, поэтому не имеете отношения к подобным вещам, но, видите ли, иногда доской объявлений пользуются жулики.

Патрик с пониманием кивнул, стараясь выглядеть не столь суровым.

– Недавно я читала почту на доске объявлений и поняла, что там появился мошенник.

– Каким образом?

– Этот человек наврал, что его сестра потеряла дом во время урагана. Он объявил, что ураган «Катерина» прошел по местности, где она жила, снес ее дом и сильно поранил ее сына. Конечно, фанаты «Спирита» тут же откликнулись. Себя этот человек называет Секретный Агент. Я распечатала несколько записок… – Мариса протянула их Патрику, и тот принялся их читать.

Он моментально просек схему – наживки и подсечки. Понимающе покачал головой. Несколько лет назад ему довелось работать совместно с Федеральным бюро расследований по делу о мошенничестве в Интернете. Форумы и доски объявлений были самым лакомым куском для разного рода мошенников и хищников, идеальным местом для Джекиллов всего мира: никому не дано видеть сквозь экран, чтобы понять, что человек, с которым вы общаетесь, вовсе не доктор Джекилл, а Мистер Хайд.