– Хорошо, Николас, – наконец сказала она, – буду рада, если ты меня подвезешь. Но должна предупредить тебя, – добавила она, – что журналисты – беспристрастные наблюдатели таких событий. Поэтому я не знаю, смогу ли успокоить твои нервы.

– Того, что ты рядом, будет достаточно, – облегченно сказал Николас.

– Прекрасно, – ответила Элизабет и рассмеялась. – Тогда до субботы, Николас. И пусть победит достойнейший!

– До встречи, – отозвался Николас, – в субботу.

Джессика лежала, растянувшись на ковре, в гостиной Уэйкфилдов, когда Элизабет спустилась выпить сока.

– А учебник не мешает тебе смотреть телевизор? – спросила Элизабет, открывая холодильник.

Джессика оторвалась от экрана и вяло перелистнула несколько страниц.

– А кто сейчас звонил? – спросила она как бы между прочим.

– Стив, – ответила Элизабет, возвращаясь с кухни и садясь на диван.– С ним произошла удивительная история. Какая-то женщина названивала ему всю неделю, приглашала пообедать с ней, пойти в кино и тому подобное.

– И что в этом такого удивительного? – «не поняла» Джессика.

Она села и внимательно посмотрела на сестру.

Элизабет захрустела печеньем, которое принесла с кухни.

– Она ведь старая, Джес, почти такого же возраста, как пaпa! Она разведена и, Стив сказал, какая-то странная.

Джессика задумалась.

– А что в ней странного?

Элизабет залилась веселым смехом.

– А того, что я рассказала, недостаточно? Боже мой, Джес, это бюро знакомств определенно отражается на твоей способности рассуждать.

Джессика поспешила отвести взгляд. Лучше не развивать эту тему, а то Элизабет может связать бюро и звонок вместе, и...

– Бедняга Стив, – быстро проговорила она. – Мне кажется, ему должно было бы польстить такое внимание. Не знаешь, как они познакомились?

Элизабет выразительно замотала головой:

– Стив думает, что у него амнезия или еще что-нибудь подобное. Может, он познакомился с ней на какой-нибудь вечеринке, а теперь не помнит. Но он надеется, что она скоро забудет о нем.

Джессика вздохнула. С Беатрис Барбер сорвалось. Стивен был явно слишком молод, чтобы оценить эту замечательную женщину. Оставалось надеяться, что с Джордан Макгайер или Мелиссой Портер получится.

– Но ведь ты подходила к телефону дважды? – неожиданно вспомнила она. – Это Тодд звонил?

Элизабет отрицательно покачала головой.

– Мы договорились до конца недели больше не звонить друг другу, – вздохнула она. – А то, если продолжать такими темпами, мы до конца жизни будем платить по телефонным счетам.

– Тогда кто это был? – настаивала Джессика.

Элизабет рассмеялась:

– Ты случайно никогда не думала пойти работать в ФБР после школы?

– Тебе было бы приятней жить в семье, где всем наплевать друг на друга? – сердито спросила Джессика.

– Иногда – да! – усмехнулась Элизабет. – Это был Николас Морроу, если тебе действительно интересно.

– Правда? – невинно спросила Джессика. – И чего он хотел?

– Ничего особенного. Просто предложил подвезти в субботу до бухты.

Джессика бросила быстрый взгляд на сестру.

– Как мило, – неопределенно заметила она. – И ты согласилась, да?

– Да, согласилась, ну и что из этого? – раздраженно ответила Элизабет. – Ничего не вижу в этом особенного. Он просто подвезет меня до места, только и всего.

Джессика пожала плечами.

– Ну и замечательно, – спокойно ответила она, возвращаясь к учебнику.

– Я иду наверх. – Щеки Элизабет залил румянец, глаза сверкали. – Если кто-нибудь меня спросит, я занята, пишу Тодду!

– Хорошо, – холодно ответствовала Джессика.

Она прекрасно понимала, что расстроило сестру, но не подавала виду.

– Большое длинное письмо! – крикнула Элизабет, пулей вылетая из комнаты.

Джессика довольно улыбнулась, захлопнула учебник и легла, положив под голову руки. Определенно с сестрой что-то происходит. Элизабет уже чувствует себя виноватой, что до сих пор нравится Николасу. Это хороший знак. Теперь надо помочь Элизабет понять, что и он нравится ей. Оградить ее от одиночества и мрачных мыслей, показать, насколько Николас лучше Тодда, более изыскан и интересен. После этого никто не посмеет сказать, что Джессика плохая сестра.

Элизабет никогда бы не подумала, что гонки на яхтах могут так ее захватить. Все утро оживленные группки толпились на пляже у навеса, потягивая кока-колу и строя прогнозы относительно исхода соревнований. С блокнотом в руках Элизабет бегала между навесом и причалом, записывая свои наблюдения. Эту гонку ежегодно устраивал яхт-клуб Ласковой Долины, но никогда еще она не видела такого скопления народа, не слышала таких ожесточенных споров о том, кто же выиграет.

– Лиз! Я ищу тебя везде! – Джессика спешила навстречу сестре. – А где Николас? – добавила она, понижая голос.