— Милая… — выдохнул Коуди, горячими и сильными руками привлекая к себе Кэсси.

Со сдавленным стоном он приник к ее губам — так жаждущий припадает к источнику. Сначала поцелуй его не был нежным: Коуди буквально шел в наступление, мощно прорываясь языком сквозь ее полуоткрытые губы. Когда их языки соприкоснулись, он вздрогнул как от удара током. Губы его стали мягче, напор исчез, уступив место ласке. Кэсси подняла руки, и ее пальцы легонько взъерошили его блестящие длинные волосы. Прерывисто дыша, она прильнула к нему, отвечая на поцелуй со страстью, удивительной для такой невинной девушки.

Когда Коуди коснулся ее груди, Кэсси откинулась назад, пытаясь ускользнуть от его ласк и в то же время страстно желая их. Коуди нежно гладил горячие, трепещущие полушария, чуть сжимал их, слегка приподнимая кверху и испытывая непреодолимое желание влиться в них губами. Коуди прервал поцелуй и наклонил голову ниже. Он слышал, как гулко и неровно бьется ее сердце, словно у маленького обезумевшего зверька… Кэсси почувствовала теплую влажность его губ, ласкающих ее соски сквозь тонкую ткань блузки. Девушка замерла, пораженная охватившим ее пронзительным наслаждением. Рука Коуди скользнула под юбку, пальцы его легко пробежали вверх по внутренней стороне ее бедер и словно опалили кожу — такими пьянящими были его искусные прикосновения. Но когда Коуди почти достиг того вожделенного уголка ее тела, к которому стремился, ему невольно пришлось отступить: пальцы его не смогли преодолеть плотный заслон нижнего белья. У Коуди вырвался стон разочарования.

— Чертовски много одежды, — пробормотал он и начал лихорадочно расстегивать многочисленные маленькие пуговки на блузке Кэсси.

Услышав его голос, девушка словно вынырнула из глубин всепоглощающей неги.

— Коуди, подожди, не надо! Мы не должны этого делать! — проговорила она, глядя на него все еще одурманенными желанием широко раскрытыми глазами.

Она попыталась остановить его руки, но Коуди был уже не в состоянии совладать с охватившим его возбуждением.

— Ты сказала, что хочешь этого, — сипло проговорил он.

— Н-н-нет… Я сказала, что ты можешь меня поцеловать.

Коуди криво усмехнулся:

— Я тебя и целую. Я хочу перецеловать тебя всю. Но это невозможно сделать из-за треклятой одежды.

— Коуди, я признаю, что между нами что-то существует. Я чувствую это каждый раз, когда ты на меня смотришь; но это вовсе не означает, что я…

— Это называется страстью, детка. Думай обо мне просто как об очередном посетителе у Сэл. Дьявол забери, я даже могу тебе заплатить, если тебе так будет легче. Ты не выходишь у меня из головы день и ночь, я все время думаю только о тебе. В моих мечтах ты лежишь передо мной совсем обнаженная, мягкая, теплая и я вхожу в тебя…

— Прекрати, Коуди! — Она зажала уши руками, но его возбуждающие слова разжигали в ней медленный огонь.

— Прекратить? Только не сейчас, крошка.

Ухватив отвороты блузки, Коуди рванул их в стороны, и оставшиеся не расстегнуты ми пуговицы посыпались в разные стороны; развязав шнуровку и ленты на сорочке, он обнажил грудь Кэсси.

— А если сейчас войдет Ирен? — испуганно прошептала Кэсси, тщетно пытаясь прикрыться рукой.

— Ирен у Реба. Кроме того, у нее есть собственный коттедж, и вряд ли ей что-то понадобится в доме в такое позднее время.

Он начал поднимать ей юбку.

— Дети могут сойти вниз!.. — выдохнула Кэсси. Она едва понимала смысл своих слов. Кэсси ясно осознавала, что хочет Коуди так же безумно, как он ее. Но ее поразила собственная готовность отдаться ему. У Сэл она видела, как мужчины с эгоистической поспешностью используют женщин для удовлетворения своей похоти, и как равнодушно и спокойно работающие там девицы относятся к этим коротким связям, за которые получают деньги, — они просто обслуживали клиентов, вот и все. Именно там Кэсси дала себе слово, что никогда не позволит отдать свое тело таким образом. А сейчас она не только позволяет это, но и сама чуть ли не сгорает от охватившего ее желания. Но может быть, это совсем другое?..

Коуди пропустил мимо ушей ее замечание о детях.

— Сегодня тебе не удастся от меня отделаться, — тяжело дыша, сказал он. — Сегодня мы сделаем это, и сделаем по всем правилам!

— Нет, я не желаю, чтобы меня использовали! Кэсси изогнулась, стараясь высвободиться из крепких объятий Коуди.

— Мы будем использовать друг друга, дорогая. И не делай вид, будто ты с мужчиной в первый раз.

— Но это на самом деле так!

— Ну конечно. И у меня это тоже впервые, — усмехнулся он.

— Коуди Картер, я убью тебя!

— Молодец: если ты это сделаешь, ранчо станет полностью твоим.

Не успела она найти достойный ответ, как губы Коуди вновь обожгли ее, и все мысли сразу вылетели у нее из головы. Не прекращая целовать Кэсси, Коуди поднялся на ноги, увлекая ее за собой. Обхватив ее твердые ягодицы, он крепко прижался к ее животу своим пульсирующим, напряженным мужским орудием.

— Кэсси, неужели ты не чувствуешь, как безумно я тебя хочу? Не отвергай меня сейчас!

«Отвергнуть тебя? — словно в тумане подумала Кэсси. — Да это значит отвергнуть саму себя!»