Шрифт:
— Ты сам что-то не выглядишь откормленным, — Питер шутливо ткнул Сэма в ребра. — Я думал, к этому времени вдова уже оженила тебя, и ты стал толстым и счастливым.
Улыбка Сэма погасла, как не бывала.
— Ничего похожего, парень! Ты же знаешь, я убежденный холостяк. Оставляю Эммиту все радости супружеской жизни.
Эммит усмехнулся, опуская чемоданы на пол.
— Ты бы так не говорил, Сэм, если бы у тебя была такая жена, как Пейшенс. Подобная женщина согревает мужчину даже зимой и все время улыбается — в любой сезон года!
Сэм от души рассмеялся.
— К несчастью, Эммит, кажется, не осталось на земле больше таких женщин, как твоя Пейшенс.
— Ты совершенно прав, Сэм, — согласился Питер, он тоже был убежденным холостяком.
— Вы с ребятишками придете к обеду? — спросил Эммита Сэм. — Если нет, нам с Питером одним придется целую неделю пытаться расправиться с ростбифом. Ли Чин наготовил такое количество, будто вместе с собой в «Кедровую Бухту» Питер прихватил весь Гарвард.
— Конечно, придем, — отозвался Эммит. — Ты же знаешь, как Эммит-младший любит ростбиф Ли Чина.
— Кстати, об Эммите-младшем, — сказал Питер, снова направляясь к двери. — У меня в сумке для него кое-что припасено, но эта сумка еще в двуколке.
— Идем, — сказал Эммит. — Я помогу тебе принести ее.
Братья обошли внушительную гору багажа, сваленного посередине комнаты, и вышли во двор.
Грудь Сэма распирало от гордости: какое счастье, что у него такая дружная семья! Какое счастье, что так много любви в его жизни!
Он подумал внезапно о Молли Джеймс. Все последние годы она лишена была и семьи, и любви. Сэм знал правду о Меле Джеймсе, но Молли не хотела знать правды о своем отце.
У Мела не было времени на девочку, и он отослал ее из дома, чтобы не обременять себя лишними заботами. Без его любви и поддержки она ожесточилась. У нее был суровый характер.
Но поцелуй сказал Сэму то, что он подозревал с самого начала: всю свою нерастраченную любовь девушка хранила в себе, словно в закупоренной бутылке.
Сэм понимал, просто нужно, чтобы кто-то открыл пробку. Но для этого необходим был особенный человек — кто не пожалел бы усилий, времени и терпения…
Вопрос заключался в том, хотел ли Сэм оказаться этим человеком? Раньше у него никогда не возникало желание брать на себя подобную ответственность. Но ведь раньше он не встречал Молли Джеймс.
— Сэм! Иди сюда скорее! — хриплый голос Эммита вывел его из задумчивости. — Поторопись! Беда!
ГЛАВА 8
Взбежав на крыльцо, Сэм посмотрел на обеспокоенное лицо брата и проследил за его взглядом: фыркающий вороной мерин пританцовывал поодаль от дома.
— Не подпускает меня к себе, — сказал Эммит, мягко заговаривая с лошадью: — Тпру, мальчик, успокойся. Мы не причиним тебе зла.
— Дай-ка я попробую, Эммит.
Сэм почувствовал, как сжимается его сердце, его взгляд упал на маленькую рыжеволосую девушку, изо всех сил вцепившуюся в гриву коня.
— Лошадь знает меня. Может, Эль Труэно позволит мне приблизиться.
Сэм стал осторожно подходить к коню, опасаясь, как бы животное не убежало и не скинуло по случайности свою ношу.
— Спокойно, Эль Труэно. Позволь-ка мне снять с тебя всадницу. Я позабочусь о ней, обещаю, ну же…
Он погладил шею коня и почувствовал, как задрожал Эль Труэно. Конь выкатил глаза, но остался стоять на месте.
— Все хорошо, мальчик, — успокаивал лошадь Сэм. — Молли! Молли! Слышишь меня? Это Сэм.
Он подошел совсем близко к Эль Труэно и принялся снимать девушку со спины коня, как вдруг понял, что ее пальцы мертвой хваткой сжимают гриву лошади.
Густые слипшиеся от крови волосы, свисая, доходили до колен коня.
— Боже милостивый! — ахнул Сэм. — Какой зверь мог сделать это?
Он увидел окровавленную спину Молли, синяки на лице, разбитую и вспухшую губу. Проглотив проклятья, он разжал ее пальцы и взял девушку на руки.
— Сэм? — еле слышно прошептала она.
— Я здесь, Молли.
Ее лицо спряталось на его груди. Он почувствовал, как свежая кровь из ран на ее спине затекает в рукава его рубашки.
Сэм понес Молли к дому, испытывая беспомощную ярость, столь сильного приступа которой у него не было с того самого дня, когда ему стало известно о смерти отца.
Эммит и Питер шли позади, молчаливые, бледные.
— Эммит, пошли кого-нибудь за доктором Уэстоном, — распорядился Сэм.
— Не надо доктора! — неожиданно резко крикнула Молли, вскидывая голову.