— Хорошо, — Джейсон Фоли сдержанно поклонился, сохраняя непроницаемое выражение лица.

— С вашего позволения, — собралась уйти Молли.

— Мы продолжим разговор завтра, — сказал ей вслед Фоли.

Молли ничего ему не ответила, она и так, пожалуй, уже сказала много лишнего. Дверь тихо закрылась за ней.

Первый раз в жизни Молли почувствовала себя намного старше своих девятнадцати лет. Бремя управления ранчо было, конечно, достаточно тяжелым, но был вызов в этом бремени, и она этот вызов принимала.

Вот в чем она действительно не нуждалась, так это в осложнениях, возникших с появлением в «Леди Джей» ее новоиспеченного дяди.

Молли поднялась, когда еще не взошло солнце. Управление ранчо отнимало много времени и сил, и, к тому же, у нее совсем не было желания снова вступать в спор с дядей, по крайней мере, с самого раннего утра!

Ранчо крайне были нужны работники. Сегодня несколько человек она пошлет собирать отбившийся от стада скот для того, чтобы клеймить животных. Молли и сама намеревалась принять участие в поисках и доказать мужчинам, что женщина может справиться с обязанностями и ковбоя.

Сидя верхом на лошади, Молли сдвинула на затылок широкополую шляпу и вытерла пот со лба тыльной стороной ладони. Был уже почти полдень. Она умирала от голода, но, похоже, в скором времени возможности поесть не предвиделось.

Молли направила Эль Труэно в гору. Уже целый час она ехала по следам копыт, замечая поломанные прутья. Один из быков, очевидно, отбился от стада.

Если не случалось чего-либо необычайного, соблазнительные телки удерживали быка в стаде, и потому Молли была уверена: с быком что-то произошло.

Увернувшись от ветки дерева и объехав нагромождение гранитных валунов, она услышала слабое мычание, разносящееся в чистом воздухе гор. Сердце Молли забилось чаще.

Звук был слабым, искаженным, он шел из-за горной гряды. Когда она пересекла гряду, причина мычания стала ей ясна. Ее бык Сатан увяз в болоте, по самую шею погрузившись в темно-коричневую грязь.

Молли натянула поводья лошади, остановившись неподалеку от огромного быка, которому ничего больше и не оставалось, как только мычать по поводу своего несчастья.

Отчаянные попытки высвободиться давно истощили его силы, и теперь он терпеливо ждал смерти.

Тени, мечущиеся по земле, словно листья, несомые водой со стремительностью горного потока, привлекли внимание Молли, и она посмотрела вверх. Грифы кружились над быком, голова которого, возвышаясь над болотом, постепенно погружалась в густую грязь.

Молли отвязала от седла веревку и сделала петлю. Раскрутив ее над головой так, что веревка засвистела, рассекая воздух, Молли искусно накинула петлю на голову быка.

Сатан не сопротивлялся, однако, ей пришлось несколько раз повторить бросок, пока петля не обхватила рога достаточно прочно.

Затянув веревку покрепче, Молли привязала второй ее конец к седлу и стала понукать Эль Труэно. Привычная к работе со скотом лошадь повиновалась. Длинная шея быка вытянулась, он замычал громче и завертел головой, но не предпринял никаких усилий сдвинуться с места.

Следующая попытка Молли вызволить быка потребовала от нее некоторого воображения. Она обвела лошадь вокруг дерева, чтобы использовать его как рычаг — что-то вроде лебедки.

Эль Труэно напрягся изо всех сил, веревка со скрипом терлась о ствол дерева, но по-прежнему все было безрезультатно.

Для успеха Молли понадобились изобретательность и сила воли. Отпустив поводья и спешившись, она вошла в болото.

С первым же шагом Молли погрузилась в грязь по колено, провалилась по пояс со вторым, и на мгновенье у нее мелькнула мысль: не станет ли она вместе с быком в конце концов добычей грифов?

Продвигаясь медленно, но решительно, она приблизилась к быку и обвязала веревку вокруг массивных задних ног животного. Молли твердо решила, что вызволит Сатана, чего бы ей это ни стоило.

Забыв о голоде, верхом на своем жеребце Сэм Бренниган пересекал гряду между Дубравными Горами и Кедровой Долиной.

Было время года, когда на всех ранчо разыскивают отбившийся от стада скот и клеймят животных. Сэму нравилось трудиться наравне с работниками, нравилось приятное возбуждение тяжелого физического труда.

Сэм любил разъезжать по восьми тысячам акров своего ранчо.

Свежий порывистый ветерок шевелил густые пряди его вьющихся белокурых волос. Легкий бриз смягчал жару дня.