– Если они что-нибудь разобьют, платить будете вы.

– Мы очистим карманы бостонца перед тем, как выкинуть его на улицу.

Мэдисон испытывал эмоциональный подъем. Наверное, то же чувствовал его отец, затевая драку. Не было ни страха, ни тревоги. Он с нетерпением ждал схватки.

– Ну, кто будет первым? – спросил Мэдисон.

– Какая разница, – мрачно предсказал Амос. Любой из них вас убьет.

– Он мой, – крикнул Рид, подлетая к Мэдисону.

– Пусть все тут знают, что я ничем не обидел мисс Спраул, – обратился Мэдисон к зрителям, ловко уклоняясь от ударов Рида. – И сейчас я сделаю из этого парня лепешку за то, что он опорочил ее репутацию.

– Ты лучше начинай драться, – крикнул Рид, опять нападая на Мэдисона.

Серия ударов обрушилась на Рида. Он был сильнее и массивнее Мэдисона, но не смог воспользоваться этими преимуществами, потому что так и не сумел нанести адвокату ни одного удара.

Когда стало ясно, что с Ридом практически покончено, Пайк сделал попытку помочь другу, но бармен остановил его, ткнув ему в живот ружье.

– Он хотел этого. Пусть теперь дерется до конца. Рид продержался недолго. Через пару минут он был на полу.

– Что ты с ним сделал? – спросил Пайк. – Тут что-то не так. Не мог ты победить Рида в честном бою.

– Я просто использовал приемы современного бокса, – ответил Мэдисон. – В Гарварде за три года меня никто не мог победить.

– А теперь тебе конец, – крикнул Пайк и выхватил револьвер.

Мэдисон бросился на Пайка, сбил его с ног, и они клубком покатились по салуну, борясь друг с другом. Раздался оглушительный выстрел, и Пайк растянулся на полу. Револьвер выпал из его рук.

Мэдисон встал на ноги.

– Ты убил его, – сказал бармен, направляя ружье на Мэдисона. – Ты кинулся на него и убил.

– Ты, наверное, не обратил внимания, что я не вооружен.

– Ты убил Пайка из его собственного револьвера, – крикнул кто-то из толпы зрителей.

– Давайте линчуем его!

Вся толпа согласно заорала.

– У кого-нибудь есть веревка?

– У меня есть, в седле.

– Тащи ее сюда. Мы повесим его на балке.

Неожиданно Мэдисон кинулся к бармену, выбил у него ружье и перегнулся через стойку бара. Прежде чем бармен сумел прийти в себя, адвокат нанес ему сильнейший удар в горло и сбил с ног.

Несколько человек в салуне выхватили пистолеты, но Мэдисон навел на них заряженное ружье.

Они опустили пистолеты.

– Теперь давайте разберемся, – сказал Мэдисон, слегка задыхаясь после схватки. – Я не начинал драки. Я даже не знаю этих людей. У меня нет револьвера.

– Ты хоть не вооружен, но смертельно опасен, – раздался вдруг голос, и все увидели стоящего в дверях салуна Дикого Билла Хиккока. Он подошел к двум телам, лежащим в центре зала. Рид шевелился, Пайк не подавал признаков жизни. – Ты хочешь сказать, что нокаутировал Рида, застрелил Пайка и одолел Бена, а потом еще справился с целой толпой, которая хотела тебя линчевать, не применяя оружия?

– Так и было, шериф, – подтвердил Амос. – Как он говорит, так оно и было. Это Рид все начал.

– Кто-то хочет его опровергнуть? – спросил шериф.

– Мы только обратили на них внимание, когда они начали драться, – сказал один человек, – но мы видели как он прыгнул на Пайка и выстрелил в него.

– Пайк сам выстрелил в себя из своего же револьвера, – сказал Мэдисон. – А я схватил ружье только для того, чтобы меня не повесили.

– Думаю, тебе придется пойти со мной, пока я во всем не разберусь, – сказал Хиккок.

– Конечно, – согласился Мэдисон.

Он положил ружье подальше от бармена и вместо того, чтобы пробираться сквозь враждебную толпу, сделал большой прыжок через стойку прямо туда, где стоял Хиккок.

– Вижу, что парень ты прыткий, – заметил тот. Мэдисон взял свой пиджак, стряхнул с него пыль и надел его.

– Не заметишь ведь, как состаришься, и тогда уже не попрыгаешь, – сказал он.

– Это верно. Ну что ж, пошли. Мне надо еще доиграть партию в карты, не могу же я здесь торчать всю ночь.

– Ты его отпустишь? – спросил кто-то.

– Этим Рэндолфам все с рук сходит, – сказал другой.

Хиккок посмотрел на толпу.

– Я его веду в тюрьму. Но он там долго не задержится, если только вы не докажете мне его вину. – Он повернулся спиной к разъяренным мужикам и вышел на улицу. – Теперь не хватало, чтоб в город прискакал твой младший братец Монти, – сказал он Мэдисону, когда они переходили улицу, – и разорался бы тут, как сумасшедший.

– Из-за меня он не прискачет.

– Неважно, из-за кого он прискачет. Если он окажется здесь, жди беды.