Шрифт:
– Отпустите меня! – потребовала она.
– Никогда, женушка, – возразил он. Она подняла голову. В его глазах смешались огонь и дым – хорошая защита для тайн, потом они вдруг потемнели, выдавая его напряжение. Губы его чуть дрогнули. Он наклонил голову и коснулся ее губ своими. Языком он уже нащупывал дорогу внутрь, не давая ей вздохнуть. Само это движение, быстрое, сильное и разрушительное, казалось возмутительным намеком на большее…
Скай рванулась, закричала в полный голос и, наконец, вывернулась из его рук, вся дрожа. Все, чему она научилась в объятиях Ястреба, так и нахлынуло на нее, охватило, обволокло, нашептывая о желании…
Внезапно лорд Камерон выпустил ее.
– Наш брак может оказаться не таким уж нелепым, миледи. Я очень хотел бы продолжить разговор на эту тему, но боюсь, пираты уже стучат к нам в дверь. Вы меня извините? – Над их головами загремели шаги: команда готовилась к бою. – Я должен вас оставить…
– Проклятие! Оставьте мне шпагу!
– Чтобы вы потом пустили ее в ход против меня? – усмехнулся он.
– Боитесь, что я сумею ею распорядиться?
Он засмеялся, вынул из ножен свою шпагу и бросил ей. Она вознамерилась тотчас подступить к нему с угрозами, требуя свободы, но он ловко отступил за дверь и поклонился:
– Я был бы счастлив служить вам, любовь моя, но право же, нападение уже началось. Простите!
Дверь резко захлопнулась, в замке повернулся ключ. Скай навалилась на нее, но слишком поздно. Чертыхаясь, она заколотила по двери кулаками.
– Люди! Вы запираете меня, чтобы защитить, но если вы потерпите поражение, разбойникам будет легче добраться до меня!
Ответа не последовало. Она упала на постель, сжимая полученное оружие – острую шпагу. Она прикусила губу и тут обнаружила, что катится по полу через всю каюту. Корабль сделал поворот с неожиданной, пугающей скоростью.
Выпутавшись возле дверей из своих юбок, Скай кое-как поднялась на ноги и упала снова – от толчка и грохота корабельных пушек.
Она вскочила и поспешила к окну. Отдернула штору и задохнулась: судно быстро сближалось правым бортом с пиратами. Корабли сошлись с мощным треском. Послышался ужасный скрежет абордажных крючьев, а затем крики дюжины мужчин, которые посыпались с такелажа на палубу. И через весь этот шум пробивались звон и лязг стали.
Скай схватилась за шпагу, крепко сжала ее. Внезапно она закашлялась, из глаз потекли слезы – видно, через дверь в каюту проникал дым.
Она закричала, в панике метнулась к двери. Та еще не горела, она еще могла убежать. Тут дверь распахнулась – на пороге стоял молодой Дэви, лицо его под веснушками было бледным.
– На нижней палубе пожар, миледи. Его уже тушат, но я отведу вас в другое помещение, дальше по коридору…
Она увернулась от юноши.
– Да я лучше погибну от удара клинка, чем сгорю! – воскликнула она, устремляясь к лестнице на верхнюю палубу.
– Миледи, подождите! – простонал Дэви, припустив за ней. – Все идет хорошо, негодяев уже почти одолели! Их корабль захвачен, ей-богу!
Но Скай, не слушая его, уже взбиралась по лестнице, торопясь подняться на верхнюю палубу. Воздух от черной копоти пушечного пороха казался непроницаемым. Она заморгала, пытаясь перевести дух. Бряцания стали не было слышно; битва закончилась быстро.
– Добро пожаловать, миледи!
Чьи-то руки схватили ее так внезапно и сильно, что она завизжала: огромная волосатая лапа чуть не раздавила ей запястье и вырвала шпагу лорда Камерона. Острая сталь коснулась горла, и девушка замерла, едва смея дышать.
– Лорд Камерон, сэр! – раздался мужской смех. – Гляньте-ка, сэр, что у меня есть! Это ведь здорово меняет дело, так, ми-и-лорд? А теперь слушайте меня, да хорошенько! Хотите получить назад девчонку? Ну, коли хотите, мотайте себе на ус. Мои люди и я преспокойно вернемся к себе на судно. Ее я заберу с собой. Когда мы от вас избавимся, я ее отошлю назад на баркасе, с одним из ваших помощников. Как вам такое предложение?
Ответа не было. Скай не шевелилась. Пепел и копоть постепенно рассеялись.
Лорд Камерон стоял в каких-нибудь двадцати футах от них. На палубе лежали трупы, но, кажется, в основном трупы пиратов, которых постиг заслуженный конец. Люди лорда Камерона умели сражаться. Разбойники не застигли их врасплох и не испугали.
Камерон был без сюртука, в светло-коричневых панталонах и белой рубашке. Небольшая царапина виднелась на его щеке, но кроме этого, никаких повреждений, даже дышал он ровно. Одна его нога покоилась на канате, в правой руке покачивалась сабля, а в левой он держал пистолет.