Шрифт:
– Значит, будем несчастливы, любовь моя. – Он выпустил ее руку и поклонился. – Доброй ночи.
Дверь закрылась, и она осталась одна.
Глава 10
Скай вихрем промчалась по коридору к своей каюте, ворвалась внутрь – и… ее объяла тьма.
Она бессильно прислонилась к двери, закрыла глаза. Если бы только!..
Если бы Одноглазый Джек не выследил «Серебряный вестник», если бы Серебряный Ястреб не промчался следом за ним… На «Серебряном вестнике», корабле отца, она была хозяйкой, там ей не приходилось бояться темноты – она всегда была окружена лампами и свечами. А теперь, как бы ни относилась она к лорду Камерону, ей придется с ним ладить. Ужас наложил на нее свою холодную, влажную лапу…
Неожиданно раздался стук, дверь отворилась, и она увидела лорда Камерона, стоявшего на пороге с лампой, веселый свет которой разгонял темноту.
– Миледи. – Он поклонился и протянул ей лампу.
– Как вы узнали?.. – дрожа, прошептала она.
– Это же мой корабль. Поэтому я знал, что здесь нет лампы, – ответил он. – Кроме того, ваш отец предупреждал меня, что вы недолюбливаете темноту.
– О-о, – пробормотала она, опуская ресницы. Зачем отец рассказал ему? Выдал все ее секреты, продал ее душу и тело! – Э-э… благодарю вас, – кое-как выдавила она.
Рок продолжал стоять в дверях. Скай чувствовала жар и энергию, исходившие от него, улавливала его запах: от него тонко и приятно пахло хорошей кожей и дорогим виргинским табаком. Как мужчина он не вызывал отвращения.
Боже, ведь он – ее муж, так он сказал! Она снова затрепетала. Однако он предоставил ей отдельную каюту: значит, не собирается кидаться на нее, требовать осуществления своих супружеских прав.
А вдруг потребует?
Он заглянул в каюту.
– Все ли здесь вас устраивает?
– Все прекрасно! – раздраженно бросила она.
Он с удивлением взглянул на нее, губы его дрогнули в усмешке.
– Вы нервничаете, миледи.
– Меня чрезвычайно взволновали ваши объяснения.
– Вы не должны так волноваться.
Он подошел ближе, а она отступила к стене, боясь, что он дотронется до нее. Из рук одного обаятельного мерзавца она, похоже, попала в руки другого! Один – пират, другой – лорд, однако оба чересчур самонадеянны и самоуверенны.
Он коснулся костяшками пальцев ее щеки, и она, еле сдерживаясь, чтобы не закричать, чуть слышно выдохнула.
– Вы моя жена, – сказал он.
– Я вам не жена! И не будьте так уверены, что всех пиратов повесят! Я ведь прямиком из Лондона, сэр, и у меня гораздо более свежие сведения. Я была в Англии, когда умерла королева Анна, когда послали в Ганновер за королем Георгом. Решение предать суду таких людей, как Золотой Рог, Черная Борода, и… Серебряный Ястреб должно исходить только от монарха. Король Георг еще не подтвердил ничьих полномочий. И по моему разумению…
– Да, дорогая супруга, расскажите мне! Каково ваше разумение на этот счет и откуда оно взялось?
– Я читаю газеты, лорд Камерон, да и в высших кругах много говорили о том, что король обещает прощение тем пиратам, которые повинятся и принесут присягу к определенному сроку. Может быть, эти люди раскаются, и тогда не будет необходимости жестоко убивать их.
– Убивать! Вы называете казнь пирата убийством? – притворно возмутился он, но она почувствовала, что в глубине души он смеется.
Он смеялся над ней? Или сердился?
– Кровопролитием, лорд Камерон.
– А вы упрямы.
– Да! Я очень упрямая, очень дерзкая и откровенная – совсем не леди. Увы, я не обладаю качествами, которые вы ожидали найти в жене!
– Так вы признаете, что вы моя жена?!
– Нет! – в тревоге закричала она, прижимаясь к деревянной панели. Он ведь джентльмен, лорд. Он же не будет набрасываться на нее? – Во имя Господа, зачем вы это делаете? Я думала, вы против этого варварского договора о женитьбе…
– Я очень доволен им… леди Камерон, – сказал он тихо.
Мурашки пробежали по телу Скай. Мягкий, низкий голос напомнил ей о другом. Скорее бы он ушел! Она готова была сказать что угодно, только бы избавиться от его присутствия.
– Милорд… – прошептала она, но больше ничего не успела сказать.
– Масла в лампе вполне достаточно, чтобы она горела до утра, – сказал он и ушел, закрыв за собой дверь.
Скай простояла долгое время, прижимаясь к панелям обшивки. Потом медленно выпустила воздух из груди и опустилась на постель. Она лежала там полностью одетая и удрученно размышляла об утре и о ночи, которая ей предстоит. Она не могла забыть Ястреба, не могла перестать думать обо всем, что между ними произошло. Сердце ее истекало кровью. Она не должна любить такого человека, не должна чувствовать к нему симпатию! Но ее обдавало жаром при одном лишь воспоминании о нем. Как безжалостно, как жестоко он обошелся с ней! Без конца говорил о деньгах, о выкупе, а в конце концов оказалось, что в его глазах она ничего не стоит. Он был пиратом, она – его капризом, случайным приключением…