– Тогда лучше выйти и посмотреть, что же происходит.

Анабел с Брегом, оставив Кончиту и ее свекровь, прошли мимо гостей, толпившихся вокруг столов, к выходу. Терраса вокруг дома была освещена желтыми фонарями и украшена разноцветными шелковыми лентами и цветами. Чуть подальше в темноте обнимались парочки, на скамейках целовались влюбленные. Больше у дома они никого не увидели.

– Куда подевался этот тип? – занервничал Брет.

– Давай пройдем до конюшен. Может быть, он там, – предложила Анабел.

– Хорошо, но давай держаться за руки и делать вид, будто хотим уединиться.

«Ах, если бы это было правдой!» – подумала Анабел, но ни восхитительная ночь с сияющими на небе звездами, ни присутствие рядом Брета не вызывали в девушке никаких чувств.

«Что со мной?» – огорчалась Анабел. Но тут же нашла объяснение: «Нас сегодня подстерегает столько опасностей, что мне не до романтики. Есть вещи и поважнее любви».

Они шли молча. Мягкая темнота, напоенная запахами цветов, окутывала их. По мере того как они удалялись от дома, звуки музыки становились тише, а волнение Анабел нарастало.

Парочка уже дошла до конюшен, а помощника Лоури в зеленых брюках не было видно.

– Брет, – прошептала Анабел, оглядевшись и убедившись, что поблизости никого нет. – Можешь сказать мне одну вещь?

– Постараюсь.

– Ты знаешь, почему за тобой охотится Ред Коб? Брет споткнулся в темноте.

– Понятия не имею. Мы с ним никогда не встречались. Но люди в Аризоне, узнав мое имя, предупреждали об этом человеке. – Он пожал плечами. – Я бы не возражал, если бы этот Коб пристрелил меня. Кончились бы все мои несчастья.

– Брет!

Он покачал головой.

– Анабел, ты не представляешь, что я испытал после разговора с Боксером.

– Догадываюсь, но нет безвыходных ситуаций. Надо поговорить с отцом и все выяснить.

– Может быть, я так и сделаю, если останусь в живых.

Она коснулась его рукава.

– Реда Коба нанял человек по имени Лукас Джонсон в Сент-Луисе. Слышал когда-нибудь о таком?

Брет удивился.

– Нет, никогда.

– Так вот, я передала собранные мною сведения мистеру Стивенсону, и сейчас он уже занялся этим делом. Но у меня к тебе еще один вопрос. Он засмеялся и на секунду стал прежним Брегом.

– Конечно, у тебя есть вопросы.

– Почему ты взялся помогать Кончите Риверс? Это, конечно, благородный поступок, и ей действительно нужна помощь, помощь отважных людей, но... ты раньше никогда не занимался ничем подобным, никого не убивал. Почему ты пошел на такой риск?

– Когда я встретил Кончиту, то был готов на все. Мне не хотелось жить. Ты понимаешь, Анабел. Я был бы рад умереть и не думать ни о чем.

– О нет, Брет! Только не это! – Девушка остановилась и порывисто обняла его. Даже в темноте она заметила, сколько горечи было во взгляде Брета. – Не вини себя за то, что случилось с Ливинией. Даже если то, что сказал Боксер, правда и ты не сын Росса Маккаллума, это ничего не меняет. Он любит тебя как родного, и мне кажется, – прибавила Анабел, тяжело вздохнув, – что ты мог бы немного позаботиться о нем. Предупреди его о том, что задумал Боксер. Я точно знаю, что Росс не получал твоего письма. И еще, он очень болен. Сердце...

– Что? – испугался Брет. – Что с ним?

– Он находится под постоянным присмотром врачей. Дела в компании также идут неважно. Уж не Боксер ли приложил к этому руку?

Брет прищурился, задумавшись о чем-то.

– Не понимаю. Ты уверена, что отец не получал моего письма? Я оставил его Дерриксону, попросив передать...

Брет затих и взглянул на Анабел. Только сейчас он осознал, что она обнимала его.

– Анабел, можно мне узнать одну вещь? – И Брет обнял ее за талию. – Почему ты разыскивала меня? Не только из-за денег, которые тебе платят в агентстве Стивенсона?

– Н-нет.

– Почему же? Ведь ты столько раз рисковала из-за меня жизнью.

– А разве ты не сделал бы того же ради меня? – неуверенно ответила Анабел, изо всех сил стараясь не выболтать свой секрет.

Нежно обняв девушку, Брет привлек ее к себе; сердце ее бешено забилось.

– Да, конечно. – Брет, не сводя с нее взгляда, коснулся рукой подбородка. – Я должен признаться тебе кое в чем. Ты знаешь, Ани, я всегда очень хорошо к тебе относился. Но раньше я не замечал, до чего ты красива, как сияют твои глаза, как грациозны твои движения...

Анабел не верила своим ушам. Сбывалось то, о чем она мечтала. Брет стал относиться к ней по-другому. Он держал ее в объятиях. «Он хочет поцеловать меня! – подумала Анабел. – Сейчас Брет Маккаллум поцелует меня...»

Издалека доносились звуки музыки и смех, но здесь, около конюшен, было тихо и безлюдно: только небо, звезды и они с Бретом. Анабел обратила к нему лицо; их губы соприкоснулись. В поцелуй она вложила все, что чувствовала к нему. Поднявшись на цыпочки, Анабел обвила руками шею Брета.