На Реда посыпались предложения о работе. Нашлось много желающих платить большие деньги за услуги Коба. Его нанимали либо для защиты, либо чтобы избавиться от кого-нибудь. Ему было все равно, что делать, лишь бы хорошо платили. Но все же Ред был недоволен. Одна мысль все сильнее мучила его.

Ред был не самым лучшим стрелком в Аризоне и Нью-Мехико. Вместе с его именем постоянно упоминались другие, шли споры, кто из головорезов был быстрее, безжалостнее и опаснее. Это огорчало Коба и не давало ему покоя. Больше всего ему хотелось, убить Роя Стила, которому сейчас, должно быть, около тридцати, а значит, он не был таким же хорошим стрелком, как двадцатилетний Ред. До сих пор их пути не пересекались, если не считать случайной встречи, которая произошла три года назад. Тогда Ред Коб не был готов к встрече со Стилом, теперь же он лишь ждал подходящего случая.

Недавно Коб узнал, что Стил пытается помешать ему выполнить последнее задание. Ред чувствовал, что настало время выяснить, кто же из них сильнее. С каждым днем в нем росла неприязнь к Стилу. Ред потерял следы Брета Маккаллума, и виновата в этом была Лили Парди. Она дала Кобу неверные сведения о Брете. Полагаясь на ее сведения, Коб оказался в тупике. Бартоломью, живший в Орлином ущелье, пока не отослал отчета Джонсону и, встретившись с Кобом, сообщил, как мила была Лили со Стилом. Вот Коб и вернулся, чтобы разобраться с Лили. Он покажет, что значит врать Реду Кобу, и выяснит, куда направился Брет Маккаллум, а значит, и Стил. Бартоломью, объездив окрестные города, выяснил, что Стил разыскивает Брета с неменьшим упорством, чем Ред.

Коб понятия не имел, зачем Рою Стилу понадобился Брет, но поклялся, что не позволит какому-то выскочке укокошить парня раньше, чем он сам доберется до него и втянет богатенького мальчишку в драку. Коб ничего не получит от Джонсона, если Маккаллума убьет кто-то другой; он так долго разыскивал свою жертву, что не мог завалить дело только из-за какого-то Роя Стила. Пришло время раз и навсегда покончить с этим сукиным сыном. Надо было выяснить наконец, кто из них лучше.

– Иди-ка сюда, Лили. – Коб с шумом опустил стакан на стойку. Все вокруг замерли. Картежники, ковбои за рулеткой, бармены и женщины из салуна – все, казалось, окаменели. Одна Лили бросила на Коба равнодушный взгляд и отвернулась.

– Мне не нравится ваш тон, мистер, – сказала она через плечо, поднялась и неторопливо направилась к заднему коридору. Вскочив на ноги, Ред кинулся вперед и схватил ее за руку.

– Ты никуда не пойдешь, – начал он, но тут в руке Лили неизвестно откуда появился пистолет.

Быстро повернувшись, она направила дуло прямо Реду Кобу в грудь.

– Назад!

Коб усмехнулся.

– Дурацкая шутка, Лили. Не напрашивайся на неприятности.

– Давай пошевеливайся. Выметайся отсюда, и чтобы я тебя больше не видела.

– Ты солгала мне, – спокойно промолвил Коб, поблескивая глазами. – О Брете Маккаллуме. Помнишь? Я никуда не уйду, пока не узнаю, где он. Ты поговоришь со мной, извинишься и сообщишь все, что знаешь, тогда я, может быть, не буду устраивать здесь побоище. Иначе салун долго не сможет принимать посетителей...

– Убирайся к черту.

Коб поджал губы, часто и тяжело задышал; внутри все кипело от гнева, ведь весь салун наблюдал, как эта шлюха разговаривает с самим Кобом. Выбора не было.

Одним молниеносным движением Ред выхватил пистолет у Лили. Отбросив оружие, он схватил ее за руку и залепил пощечину. На его лице мелькнула довольная улыбка, когда хрустнули суставы пальцев, коснувшись лица Лили.

– Поднимемся наверх, Лили, – глухо промолвил он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойнее, – и поговорим наедине. Думаю, никто из присутствующих не возражает...

– Ошибаетесь, мистер. Я возражаю. Отпустите даму, – раздался голос неизвестно откуда взявшегося парня – совсем мальчика. На защиту Лили встал не бармен, не один из ковбоев, а ребенок с веснушчатым лицом. Ему было не больше восемнадцати. Раньше Лили его никогда не видела. Старые же ее друзья молчали и, казалось, приросли к стульям.

Коб фыркнул:

– Посторонись, мальчик, если тебе дорога жизнь. Это касается только Лили и меня.

– Н-нет, отпустите ее.

Коб увидел в глазах парня страх, заметил, как дрожат плечи, и улыбнулся – можно проучить этого чудака.

Глаза Коба сузились, из груди вырвался низкий неприятный смех.

– Ладно, – с мольбой в голосе вдруг прошептала Лили, делая жест рукой, чтобы мальчик отошел; на ее пальце сверкнул рубин. – Я... пойду с ним; возвращайся к своему виски, ковбой, и не волнуйся за меня. Закажи себе еще что-нибудь...

– Я не позволю ему... – выкрикнул юноша. – Моя мама не так меня воспитала...

– Может быть, твоя мама воспитала тебя для того, чтобы ты умер раньше времени, – нахмурился Коб, – отойди, а не то твои мозги отлетят за милю отсюда.

– Я отойду, когда вы отпустите ее! – не сдавался парень.

Тут Ред Коб окончательно вышел из себя. Тишина, царившая в салуне, словно подначивала его показать свое мастерство и разделаться с этим чудаком.

– Как вам будет угодно, – злобно бросил Коб и прищурил один глаз. Одной рукой он прижал Лили, а другой выхватил пистолет.