Шрифт:
— Альма…
— Да. Джузеппе знает, как растут мои волосы. Американские парикмахеры, они никога не поймут этого. Итальянские волосы — это нечто особенное. О'кей?
— Я не знаю, Альма. Я снова должна спросить мистера Гаррисона.
— Вы спросите его. Он очень разумный человек. Он не будет возражать.
Мисс Уэбли возвратилась к своему столу.
— Девушки, прошу минуточку внимания, пожалуйста.
Мы сели прямо. Грудь вперед, колени вместе, и т. д.
— Девушки, вы все выглядите очень мило. Я никогда не представляла, что у меня будет класс из таких замечательных красавиц. Отныне вы каждый день будете делать такой макияж.
— Каждый день! Приходить в класс! Но на него требуется много времени! Нам придется браться за него в четыре часа утра! Ох, мисс Уэбли! Не каждый день!
Мы напрасно тратим наши силы.
— Послушайте, девушки, — сказала мисс Уэбли. — Давайте теперь поговорим о вашей диете.
Диета. Мы перешли к диете.
Мое лицо буквально скрипело, когда, мы возвращались, в автобус. Это самый любопытный звук в мире, когда твое лицо скрипит, будто пара новых штиблет. Я сказала Донне:
— Мне никогда не удастся покинуть отель без вуали.
— Ради Бога, почему?
— Думаешь, мне хочется, чтобы кто-нибудь меня увидел в таком виде? Я собираюсь приобрести для себя черную вуаль, в которой прорежу две дыры для глаз, и буду носить ее днем и ночью.
— Кэрол, честно, ты выглядишь великолепно.
— Да? Я ожидаю, что меня в любую минуту могут заклеймить проституткой.
Джурди была в номере, она просто сияла. Я сказала;
— Блеск! Что было у вас сегодня?
— У нас сегодня были занятия по уходу за внешностью.
— Ага, смотрю, Джурди, они тебе пошли на пользу. Здорово!
— Просто замечательно! И тебе тоже.
— Нет, — сказала я. Я все еще скрипела. — Никогда не воспользуюсь этим.
Она сказала:
— Кэрол, когда ты освободишься, я могу поговорить с тобой?
— Конечно. А что теперь случилось? Я свободна, как ветер.
Мы вошли в ее комнату, и она, сгорбившись, опустилась на кровать в своей обычной позе; как обычно, она чуть ли не целый час сидела молча. Она лишь смотрела в пространство, а я томилась ожиданием. Наконец она повернулась, посмотрела на меня долгим пытливым взглядом и сказала:
— Кэрол. Ты что-нибудь смыслишь в ловле рыбы?
— В ловле рыбы! Ради разговора об этом ты меня сюда привела? Я не выношу рыбной ловли! По-моему, это наиболее жестокая вещь, какую можно придумать…
— Эта шхуна, на которой я отправлюсь вместе с Люком в следующий уик-энд… — сказала Джурди. — Он хочет отправиться на ловлю глубоководной рыбы.
— Глубоководная ловля! Но ведь это другое дело. Здорово. Похоже, что это восхитительно.
— Я не знаю. — Она кисло улыбнулась. — Мы никогда ничего подобного не делали в Буффало. Я совсем не знаю, что надеть.
— Ты действительно едешь?
— Почему нет? Что я теряю? Думаю, ты сможешь мне подсказать, что следует надеть.
— Ну, Джурди, это вне моей компетенции. Подожди минутку. Я спрошу Донну…
— Нет! — свирепо возразила Джурди. — Я не хочу, чтоб она знала об этом.
— Не беспокойся. Я буду осторожной. Но среди всех нас она самый большой специалист по рыбной ловле. Она всегда ездила на рыбную ловлю с отцом.
Я выскользнула. Донна надевала купальный костюм.
— Эй, Донна, расскажи мне кое-что, — попросила я. — Что ты надевала, когда со своим стариком ездила на рыбную ловлю?
Она посмотрела на меня.
— Что это вдруг такой вопрос, черт побери? Почему?
— Только скажи мне.
— Набедренные сапоги, — ответила она.
— Набедренные сапоги? Что это такое?
— Они резиновые. Они поднимаются высоко на бедра, так что ты не промокнешь, когда идешь по воде.
— Ей-Богу, звучит привлекательно. Они здесь с тобой?
— Ты что, ненормальная? Они весят тонну. Ради всего святого, зачем тебе нужны эти сапоги?
— Да у нас сейчас была дискуссия. Надеваешь ли ты их также, когда отправляешься на ловлю глубоководной рыбы?
— Мой Бог, Кэрол, попробуй только вообразить, когда ты отправляешься на ловлю глубоководной рыбы, ведь не надо брести по воде. Это глубокое море, душечка, глубокое море!
— Тебе не следует кричать. А что ты надеваешь тогда для ловли в глубоком море? Водяные крылья?
— Душечка, ты вообще не залезаешь в воду. Ты ловишь рыбу из лодки. Ты надеваешь что-то чисто спортивное — брюки и свитер, что-то в этом роде. Ну?
— Я сказала тебе, у нас только что прошла дискуссия.
Я вернулась к Джурди и отчиталась. Она сказала: