Завершив сделку, ее отец спросил капитана Драммонда, не опасается ли он по поводу морской блокады, установленной микадо, ведь ему необходимо проскользнуть обратно. На что тот с улыбкой ответил, что провез оружие для конфедератов во время войны Севера и Юга в Америке через такой плотный частокол, устроенный янки, что, проплывая мимо кораблей северян, мог слышать, как моряк чихает, а рыба рыгает. Так флот микадо просто игрушечный.

Его бахвальство сослужит ей хорошую службу. Можно не сомневаться: любой из тех, кто возит оружие, закроет глаза на то, что она бежит, спасаясь от властей.

Красный паланкин стоял на тротуаре перед роскошным особняком «Зеленый дом». Моряк вроде и к дождю невосприимчив, стоит у крыльца, покуривает, обмениваясь шутками с другими иностранцами, проходящими мимо. Его оглушительный хохот заставил Тама хоть ненадолго забыть о том, что ей грозит серьезная опасность. Вот так же ждали отца слуги, покуривая трубки и веселясь, пока тот посещал чайный домик. Как это было давно. Безвозвратно давно. На мгновение она смежила веки, отчасти надеясь, что, когда откроет глаза, окажется дома, и будет гореть огонь в очаге, и запах благовоний будет стоять в воздухе, и отец ей улыбнется, слушая, как она читает его любимые стихи.

Услышав очередной взрыв хохота, она распахнула глаза. Холодный воздух так контрастировал с ее грезами, непристойная Ёсивара так далека от ее утонченного дома, что глаза Тама переполнили слезы. Но дочь даймё [6] не должна плакать и не позволит душевным мукам сломить себя. Втянув воздух, чтобы прийти в себя и взбодриться, она дотронулась до жемчужин, спрятанных под простой синей курткой на вате, — они составляли целое состояние, — крепче стиснула в руках ношу и задумалась, как бы половчее забраться в паланкин американца.

Как только Тама заметила, что Красная Борода, поднявшись по ступеням «Зеленого дома», исчез внутри, она направилась к паланкину, заставляя себя идти не привлекая ничьего внимания, У носилок она бросила взгляд на носильщиков и, увидев, что они увлечены представлением цирковых акробатов, быстро юркнула внутрь.

Когда она проникла сквозь шелковые шторки в кабинку, ее мокрая одежда и обувка оставили грязные пятна на светлой ткани, и четкие следы напомнили ей о том, как сильно изменилась ее жизнь. Еще недавно прислужник держал над ней зонт, защищая от дождя, снимал с ее ног обувь и нес, когда она садилась в паланкин, а когда добирались до места, обувал ей гэта на ноги. В нынешнем смутном мире, стремительно катящемся к революции, ее слуги ревниво сохраняли этот пережиток старины глубокой и вменяли себе подобный анахронизм.

Гвалт и грохот доносились из веселого дома, голос Красной Бороды нетерпеливо требовал чего-то, и воспоминания Тама о прошлом резко сменились осознанием грозящей ей опасности. Быстро изъяв из свертка короткий меч, Тама, переместившись, чтобы ее невозможно было сразу обнаружить, когда шторки раздвинут, спряталась и, сжав рукоять, стала ждать.

В нос ей ударил запах духов, и тут же в паланкин просунулась голова гейши с изысканной прической. При виде Тама ее глаза широко раскрылись, она заколебалась, входить ли.

— Быстрее! — прошипела Тама, угрожающе подняв меч.

Гейша подчинилась, не проявив никаких чувств, разместилась в узком пространстве с плавной грацией и самообладанием, которые вырабатываются только многими годами обучения.

Быстро сдвинув шторки, Тама нахмурилась.

— Где живет Драммонд? — Она ожидала капитана, а поймала райскую птицу.

— Понятия не имею.

— За тобой приходил его первый помощник, — прошептала Тама, приставив к горлу гейши меч, — так что вспоминай живо, пока не поздно!

Носильщики подняли паланкин. Гейша Сунскоку при внезапном рывке постаралась сохранить равновесие, вытянув свою лебединую шею. И хотя капитан, даром что варвар, был обаятелен, она не достигла бы высокого положения куртизанки из чайного домика высшего ранга, не овладей она всеми тонкостями поведения.

— Он ждет меня в резиденции, — уже с готовностью ответила она, слегка вздрогнув, потому что носильщики сменили ритм шага, и лезвие чуть не полоснуло ее до крови. — Прошу тебя… — Гейша указала пальчиком на острие. — У меня нет намерения раскрывать твое присутствие.

Тама отвела лезвие в сторону.

— Донесешь — убью! — пригрозила она.

— Я не пошевельнусь. — Сунскоку спокойно взирала на того, кто захватил ее в плен. Начальник тайной полиции, на службе у которого она состоит, захочет узнать об этом крестьянине поподробнее, раз он разыскивает Хью-сама [7] , — ведь он желает знать все о делах капитана. Любой торговец оружием по определению правительства весьма сомнителен. — Хью-сама тебя не ждет, — вкрадчиво предположила Сунскоку, надеясь вовлечь этого лжепарнишку в разговор. — Если бы ждал, ты к нему в дверь постучался бы.