Держась за седло, она начала работать ногами. Мокрые нижние юбки при каждом движении спутывали ноги и тянули вниз, тугой корсет мешал дышать. Алси, цепляясь за седло замерзшими пальцами, боролась с головокружением и течением реки и чувствовала, что Изюминка тянет ее за собой. Скоро онемение отступило, ноги горели от боли, с каждой минутой силы Алси таяли. Даже если бы и хотела, она не смогла бы подняться в седло.

«Я сделаю это. Должна сделать». Выбросив из головы все мысли, она смотрела на противоположный берег, к которому медленно приближалась. Ее вели вперед только ярость и боль, поскольку силы были уже исчерпаны до последней капли.

«Идиотка!» – выругался про себя Думитру. Алси барахталась перед ним в воде, Изюминка уверенно плыла вперед, но раздувавшиеся в воде юбки хозяйки мешали лошади. Голова Алси, насколько он видел, постепенно погружалась в воду. Эта картина пронзала Думитру копьем безотчетного страха. Ему это показалось странным, поскольку он думал, что, кроме гнева, у него других чувств не осталось.

Он стал грести сильнее. Рука, которой он держался за седло, онемела от напряжения, ноги казались тяжелым грузом. Он приближался к Алси, но очень медленно. Казалось, целая вечность прошла, прежде чем он оказался на таком расстоянии, что мог, вытянув руку, схватить ее за юбку. Прикладывая невероятные усилия, он проплыл вокруг Бея, чтобы оказаться рядом с Алсионой. Но она, казалось, не замечала его, пока он не положил руку ей на плечо.

Вздрогнув, она посмотрела на него с такой злобой, что он отшатнулся. Ее лицо под шляпкой было столь бледным, что кожа казалась почти прозрачной, мокрые кудри прилипли ко лбу и к щекам. Зеленые глаза сердито блестели, бескровные губы сжались в тонкую нить, и все-таки она была так красива, что у Думитру заныло сердце, несмотря на карикатурность ситуации.

– Алси…

Она молча отвернулась. Противоположный берег уже был гораздо ближе, чем тот, от которого они плыли. Сжав челюсти, Думитру плыл рядом, готовый в любой момент подхватить Алси, если она случайно отпустит седло.

Но Алсиона не сдавалась. Лицо ее стало еще бледнее, напряжение исказило его. Наконец лошади коснулись копытами дна, сначала Бей, потом Изюминка. Они выбирались на берег, илистый, но все-таки твердый. По пояс в воде, Думитру заставлял неслушающиеся ноги двигаться. Алсиона, держась за седло, сделала два шага, потом отпустила руку и упала. Ее голова исчезла под водой. Думитру бросился за Алси, но она вынырнула раньше, чем он приблизился. Грязь коричневыми ручьями текла с нее. Направив кинжал на Думитру, Алси, спотыкаясь, выкарабкалась на берег.

– Алси, не делай глупостей.

Думитру двинулся к ней с опаской, потому что никогда не видел такого выражения на ее лице: это была холодная безжизненная маска.

– Нет, – ответила она. Ее шляпку унесло течением, длинная мокрая коса болталась по спине. – Впервые в жизни я серьезна и разумна.

– Ты угрожаешь мне ножом! – возразил Думитру, все еще с трудом веря в это. – Моим собственным кинжалом, – добавил он, когда эмаль на эфесе блеснула в солнечных лучах.

Как бы смеялись над этой историей его парижские друзья, с горечью подумал Думитру. Да, это было бы смешно, когда бы не было так грустно.

– Я не собираюсь убивать тебя, – словно ребенку пояснила ему Алсиона. – Но угрожать тебе острым предметом – это единственный способ заставить тебя выслушать меня. Видит Бог, до сих пор ты этого почти не делал. Я слышала, что ты сказал Волынроскому о моих деньгах.

– Я знаю, – все больше раздражаясь, ответил Думитру.

– Я думала, ты заботишься обо мне, – мягко сказала Алси. – Я думала, между нами что-то есть: доверие, дружба, может быть, даже нечто большее.

– Так и было, – сказал Думитру, его гнев вспыхнул с новой силой. – По крайней мере, до тех пор, пока ты не вбила себе в голову глупую идею сбежать назло мне.

При этих словах лицо Алсионы дернулось от боли и ярости.

– Ты замыслил обокрасть меня! Я хорошо понимала, что ты женился на мне из-за денег. Но неужели ты не мог оставить то, что принадлежит только мне? Черт возьми, Думитру, я твоя жена!

– А я твой муж! – прорычал он. – Что пользы жене прятать деньги от мужа? Зачем они ей?

– Они понадобятся, если она вышла замуж за незнакомца, у которого могут – всего лишь могут! – быть сомнительные намерения, – глухо ответила Алси. – Тебе не приходило в голову просто попросить?

– Об этом и говорить нечего, – отрезал Думитру. – Я тебе муж, а не ребенок. И не должен бегать к тебе с просьбами и зависеть от твоих прихотей.

– Тогда тебе не нужно было жениться на мне, нищий граф, – бросила в ответ Алси.