– Я чувствую себя польщенным: на галерее ради меня вы нарушили это правило.

Кэтрин упрямо вскинула подбородок:

– Это был всего лишь эксперимент, цель которого – напомнить, что мое решение относительно Сидни правильно. А теперь с этим экспериментом покончено. Навсегда.

Черт побери, она уже подвергла его испытанию и осудила без суда и следствия. Если Алек не предпримет что-то в самое ближайшее время, она станет избегать его. А как он тогда убедит ее в достоинствах своего характера?

В особенности если она станет сравнивать его со своим драгоценным, идеальным поэтом, который обладает безупречными манерами. Алек бросил взгляд в ту сторону, где стоял Ловелас. Сидни не слушал нескончаемую болтовню миссис Меривейл, а пристально следил за танцующими Алеком и Кэтрин.

Время менять курс. Ловелас попросил две недели. Этого времени достаточно для Алека, чтобы придумать другой план, который поможет завоевать мисс Меривейл.

– Вы упускаете великолепную возможность, – проговорил Алек.

– Позволить вам поймать меня и затолкать в кастрюлю? – спросила Кэтрин.

– Нет, поставить Ловеласа в такое положение, чтобы он сделал вам предложение.

Алек почувствовал, как девушка нервно стиснула ладонь в кулак.

– Что вы имеете в виду?

– Ревность – могучее чувство, дорогая моя. Возможно, ваш Сидни подумает, что теряет вас, и решится сделать предложение.

– Или же решит, что я бессовестно флиртую и недостойна стать его женой.

– Разыгрывание роли давно страдающего друга не сработало, не так ли? Вы до сих пор ожидаете от него формального предложения.

Нижняя губа Кэтрин задрожала.

– Он говорит, что скоро его сделает.

– Через две недели. И только лишь потому, что вы настаиваете. Вы в самом деле в это верите? Нет, он не пойдет на решительные действия до тех пор, пока не поймет, что вынужден на это пойти. И вы должны убедить его в этом.

– Заставив ревновать?!

– Именно.

– Догадываюсь, каким образом вы предполагаете это организовать, – язвительно заметила Кэтрин.

– Все очень просто: я флиртую с вами на людях до тех пор, пока ревность Ловеласа не вынудит его сделать вам предложение.

Кэтрин удивленно вскинула брови:

– Интересно, и что от этого имеете вы? «Брак, надеюсь…»

– Вы же говорите, что такие люди, как я, получают удовольствие от ухаживаний. Что ж, – Алек погладил Кэтрин по талии, – я буду за вами ухаживать.

Испуг промелькнул в глазах девушки. Хорошо. По крайней мере она не была столь безразлична, как притворялась. Алек демонстративно пожал плечами:

– Но если моя идея поухаживать за вами беспокоит вас, то в этом случае она не сработает. Вы безумно в меня влюбитесь, и все закончится тем, что у вас будет разбито сердце.

– Не преувеличивайте своих достоинств.

– Разумеется, я тоже рискую. – Например, существует опасность того, что Ловелас сломается раньше и сделает Кэтрин предложение до того, как Алек успеет завоевать ее. – Я тоже могу безумно влюбиться в вас, а вы сбежите с Ловеласом, и тогда будет разбито мое сердце.

Кэтрин презрительно фыркнула:

– Нуда. Вы раздадите все свои богатства бедным и сделаетесь скромным приходским священником в деревне.

– Поскольку вы настолько хорошо разобрались, что собой представляют мужчины такого сорта, как я, – Алек хитро прищурился, – то вам нет необходимости сопротивляться. Знание – лучшая защита.

– Должны быть выработаны правила, – сказала Кэтрин, нахмурившись.

Алек попытался скрыть торжествующую улыбку.

– Разумеется.

– Прежде всего вы не должны меня целовать. Проклятие!

– Что я тогда буду от этого иметь? Я сказал, что хочу ухаживать за вами, а не плестись следом наподобие вашего пони. – Алек притянул Кэтрин к себе поближе. – Кроме того, если вы так хорошо знаете сорт людей, к которому принадлежу я, то как могут повредить нашему делу несколько поцелуев?

– Никаких поцелуев! – упрямо повторила она.

Если граф начнет настаивать, она может просто-напросто отказать ему. Кроме того, она может возражать против поцелуев в ярко освещенном бальном зале, но когда они окажутся наедине в темноте…

Алек сдержал улыбку. Он сможет обойти ее правила. К тому же существует много других способов обольщения женщины. Мисс Меривейл слегка приподняла планку, но он способен выполнить прыжок.

– Ладно, – согласился Алек. Кэтрин улыбнулась, и он добавил: – Но у меня есть свои правила.