— Я надеялась…

— С какой стати? — Коула задели за живое слова его гостьи: подобное предложение было, попросту говоря, оскорбительным для него и его семьи! — С какой стати я соглашусь жениться на незнакомке и отдать ей фамильную драгоценность?

Она тоже встала.

— О, нет, я не это имела в виду…

— Прости, но я ухожу! Мне нужно подковать лошадей! — Ему не было дела до того, что она будет делать: ждать его или сразу отправится восвояси.

— Сейчас? — спросила она.

— Да, прямо сейчас! — И он схватил с крючка поношенную ковбойскую шляпу.

Сидни наблюдала из окошка бревенчатой хижины, как Коул уходит прочь. Ну и пусть не получилось так, как она хотела! Просто он не дал ей возможности все объяснить. Она ведь не пыталась украсть брошь, а просто хотела выставить ее в музее на пару месяцев. Если бы брошь стала центральным экспонатом коллекции, Сидни помешала бы замыслам Брэдли Слендер, а заодно спасла бы собственную карьеру. Все, что ей было необходимо, — сотрудничество этого ковбоя.

Сидни бросила взгляд на арендованную машину. Сейчас с ней все в порядке, но это легко «исправить»! И тогда у нее будет возможность провести с хозяином дома больше времени.

Она дождалась, когда Коул скроется за углом дома, после чего подошла к машине, открыла капот и выдернула несколько проводков. И снова закрыла его в надежде, что не причинила машине особого вреда.

Взглянув на верхушку холма, куда отправился хозяин ранчо, женщина подумала, что шпильки и узкая юбка не самый лучший наряд для подобных прогулок. Но делать нечего! К моменту, когда она добралась до Коула, ее волосы растрепались, а дыхание сбилось. Вдобавок, пролезая сквозь забор из колючей проволоки, она оцарапала руку. Да и пара слепней явно заинтересовалась ее появлением.

Коул стоял на вершине холма, в сотне ярдов от Сидни, с мотком веревки в руке. Неподалеку от него пасся целый табун лошадей. Подойдя к одной из них, серой масти, он повел ее к воротам загона.

Сидни быстро последовала за ним. Она боялась огромного животного, но гораздо больше ее страшили два десятка его друзей и подруг, которые остались позади.

Коул привязал животное и ласково погладил его по шее.

— И зачем ты пришла сюда? — обратился он к Сидни. — В моем «нет» тебе почудился тайный смысл?

Она присела на лежавшее рядом бревно и принялась осторожно вытаскивать из ноги колючки кактуса.

— Ты разве сказал «нет»?

Он обернулся и внимательно взглянул на нее.

— Если ты не поняла этого в первый раз, повторю: нет!

— Но ведь ты даже не выслушал меня!

— Ты пытаешься присвоить нашу семейную реликвию. Зачем я буду тебя выслушивать? — Дружелюбно похлопав лошадь по шее, он направился к расположенной неподалеку хижине.

Сидни поднялась и пошла за ним.

— Да я вовсе не собираюсь навсегда забирать вашу брошь.

Он открыл дверь и оглянулся.

— А… Ну, тогда другое дело. Она обрадовалась:

— Значит, ты выслушаешь меня! Правда?

— Нет, — ровным тоном ответил он. Неужели он снова не даст ей возможности аргументировать свое предложение?

— Ты всегда такой несправедливый?

— Да.

— Неправда!

Он с силой захлопнул дверь.

— А ты всегда такая упертая?

— Неужели ты не можешь хотя бы выслушать мое предложение?

— Нет.

— Почему нет?

— Ты когда-нибудь слышала свадебную клятву?

— Конечно.

Там есть небольшая фраза о любви и почитании до тех пор, пока смерть не разлучит супругов. А когда ты даешь эти обещания, перед тобой стоит священник, а также твоя семья и друзья. Ты готова пойти на эту ложь? И потом разойтись в разные стороны?

Сидни засомневалась. Она действительно не думала о деталях церемонии и рисовала в уме сцену в здании суда, с минимальным набором слов и целомудренным поцелуем в завершение.

— Я могу тебя почитать, — предложила она. Коул подался вперед и с любопытством уставился на нее темно-синими глазами.

— А любить меня ты сможешь?

Сидни замерла. Вопрос поставил ее в тупик.

Она умела любить. Но эта любовь причинила ей в детстве страшную боль, когда в пожаре погибли ее родители, а потом еще пять лет назад, когда скончались ее пожилые приемные родители.

— Привет, Коул! Ты что, от нас прячешься? — донесся до нее веселый женский голосок.

— Привет, Кэти! — кивнул мужчина. — Тебе нужно — подковать лошадь?

Сидни обернулась и взглянула на женщину, приближавшуюся к ним верхом на лошади. У нее были темные волосы, собранные в хвост. За плечами у нее покачивалась ковбойская шляпа, а бордовая рубашка и ярко-голубые джинсы придавали ей вид актрисы из фильма о Диком Западе.