— Проходите, пожалуйста. Мистер Нили ждет вас.

Увидев их, хозяин кабинета, лысеющий полный мужчина небольшого роста, поднялся и направился к ним навстречу.

Они с Коулом пожали друг другу руки, и мужчина внимательно взглянул на Сидни.

— Джозеф Нили. Я так понимаю, вы приехали взглянуть на брошь.

— Да. Меня зовут Сидни Уэйнсбрук.

— Проходите, пожалуйста, — кивнул мужчина и отвел их в небольшое соседнее помещение, после чего сразу удалился.

Там на круглом столике красного дерева на бархатной салфетке бордового цвета лежала брошь. Королевская брошь! Фантастическая брошь! Ее золотая поверхность была усыпана рубинами, изумрудами и бриллиантами.

Сидни замерла от восторга. Она невольно потянулась к драгоценности, но прикоснуться к ней не посмела.

— Ты счастливый человек, — произнесла она хриплым, полным благоговения голосом.

— Я тоже иногда так думаю, — пробормотал он в ответ.

— Это незабываемое зрелище. Ею можно любоваться часами.

— Ты можешь ее подержать.

Только через минуту Сидни нашла в себе мужество дотронуться до броши. И тут же отдернула руку. По телу пробежала мелкая нервная дрожь, сердце заколотилось как ненормальное.

— О боже, Коул…

— Что с тобой? — Он приблизился. Его голос доходил до нее словно сквозь вату.

Она еще раз дотронулась до бриллиантов, расположенных внизу броши.

— Это… подделка!

— Не говори глупости, — отмахнулся от нее Коул. — Что это вдруг тебе взбрело в голову?

— Послушай, я не шучу: это подделка, — повторила она с чувством.

— Ну конечно, — с подчеркнутой медлительностью произнес Коул, тем не менее взглянув на брошь повнимательней. Кто-то отключил сигнализацию, открыл каким-то образом сейф, не взламывая его, и заменил настоящую брошь копией. И никто ничего не заметил. Звучит удивительно правдоподобно.

— Когда ее оценивали в последний раз?

Коул попытался вспомнить.

— Не знаю, но, поверь, вероятность того, что это подделка, ничтожно мала. Можно сказать, что практически равна нулю. Ее ведь никогда не воровали, и она все время находилась либо в семье, либо здесь.

— Видишь бриллианты? — она ткнула пальцем в брошь. — Маленькие, по краю.

— Вижу, конечно.

— Они ограненные.

— И что?

— Никто не гранил бриллианты до четырнадцатого века. У тогдашних ювелиров еще не было таких инструментов. Не знаю, кто сделал эту брошь, но уж точно не древние викинги.

Коул быстро взглянул на брошь. Он видел ее десятки раз. И она всегда была именно такой.

Однако Сидни говорила вполне убедительно. Но он никак не мог понять, каким образом вопрос о подлинности поможет ей завладеть брошью. Что-то здесь было явно не так!

— Коул, почему ты молчишь?

— Ну и кто, по твоему мнению, мог бы ее подделать? — спросил Коул тихо.

Не могу сказать. Нужна дополнительная информация, — ответила Сидни. — У меня есть подруга, она вместе со мной работает хранительницей музея. В такого рода делах она дока. С ее помощью нам удастся определить дату изготовления этой подделки, от которой мы и будем отталкиваться в наших дальнейших поисках.

Ага! Вот теперь понятно, что затеяла эта обаятельная аферистка! Решили вдвоем охмурить его! Настоящая, не настоящая… Им только позволь провести экспертизу, потом ищи ветра в поле!

— Значит, говоришь, у тебя есть подруга, — насмешливо произнес он, зажав брошь в руке.

— Гвен Парке. Она вместе со мной работает в музее Метрополитен.

— Ясненько. И твоя подруга приедет сюда и оценит стоимость моей броши?

Глаза Сидни сузились.

— Она не будет оценивать стоимость…

Коул усмехнулся.

— Дай-ка я угадаю. Ты предложишь отвезти брошь специалистам. А потом вещичка при таинственных обстоятельствах исчезнет или, в лучшем случае, я узнаю, что она уже экспонируется где-нибудь в Нью-Йорке. Зачем действительно тратить время на свадебную церемонию, если можно все быстренько обделать?

Выражение неподдельного возмущения исказило лицо Сидни.

— Коул, я никогда…

— Никогда что? — Он шагнул к ней. — Не пыталась заполучить брошь? Никогда не лжешь? Не жульничаешь? Не выйдешь за меня замуж и не займешься со мной сексом?

Она сжала маленькие кулачки.

— Мне плевать на то, что ты обо мне сейчас думаешь. Это твое личное дело. Но я повторяю тебе еще раз: эта брошь — ловкая подделка. Спроси у моего эксперта. Если не веришь моему, найми собственного. Отвези, наконец, ее в Лувр. Но если ты не определишь, когда была изготовлена фальшивка, тебе вовек не узнать, зачем ее изготовили, и ты никогда не сможешь получить оригинал обратно.

Коул молча уставился на нее. Неужели она говорит серьезно? Похоже, что да.