Кто-то из матросов с верхней палубы заухал и засвистел, и вскоре большая часть экипажа шумными криками приветствовала леди, которая спасла им жизнь.

Джорджи посмотрела наверх, ее щеки пылали от сыпавшихся на нее похвал и приветствий. Или же внимание капитана придало такой приятный цвет ее лицу? Колину очень хотелось надеяться на это.

— Рада познакомиться с вами, милорд. Меня зовут Джорджиана Аскот. — Она на секунду умолкла. — Хотя немножко грустно опять становиться мисс Аскот.

— Почему? — поинтересовался он.

— Мне больше нравилось быть вдовой.

— О да, бедный мистер Бридвик. Что с ним случилось? — пошутил он.

— Лихорадка. — Джорджи отступила на шаг к борту и, глядя на волны, приняла мелодраматическую позу, достойную лучшей актрисы из «Ковент-Гардена». — Это разорвало мое сердце. Умереть так внезапно для такого молодого мужчины! Мы были женаты очень недолго.

— Полагаю, крайне недолго, — пробормотал он. Джорджи бросила на него взгляд исподлобья.

— Ревнуете! — На ее губах играла улыбка.

— Страшно! — признался он, заключая Джорджи в объятия. Не обращая внимания на приветственные крики своих матросов, Колин притянул ее еще ближе и заявил: — Будьте уверены, отныне в вашей жизни будет только один мужчина. Кроме того, вам недолго оставаться мисс Аскот. Как только мы прибудем в Лондон, моей первой заботой будет сделать так, чтобы вы изменили имя на леди Данверс.

— Это приказ?

— Нет, обещание.

— Отлично, — согласилась она, вскинув подбородок так, что ее губы оказались на одном уровне с его. — Смотрите, чтобы вы сдержали слово. На этот раз мне это даже может понравиться.

С этими словами она прижалась к его губам. Ее рот приоткрылся, приглашая проникнуть внутрь, предлагая ему свое прощение, понимание, веру в него.

Колин не колеблясь бросился словно коршун, чтобы овладеть ее подарком.

Она застонала, нежно и гостеприимно, когда его язык встретился с ее. Его тело слилось с ее, таким желанным…

Он никогда не отпустит ее. Никогда больше не подведет. И даже проживи он тысячу лет, ему никогда не забыть ощущения триумфа, полноты чувств, которые он испытал, снова заключив Джорджи в объятия.

Сквозь гул проснувшейся крови и все возрастающей страсти Колин вдруг осознал, что весь экипаж стал жадным свидетелем их поцелуя.

Со всех сторон неслись радостные крики поощрения.

Колин оторвался от ее губ и тут же заметил возмущенный блеск в глазах Джорджи от того, что он так неожиданно прервал поцелуй. Но тут крики экипажа дошли и до нее, потому что она взглянула наверх, вокруг и прошептала под возгласы одобрения:

— О Боже.

— Боюсь, на корабле нет секретов, — сообщил он ей.

— Да, мне это говорили. — Джорджи оглянулась вокруг, сжав губы и слегка нахмурив брови. — Надо отнести Хлою вниз. Время укладывать ее спать. — Она вздохнула. — Жаль, мне совсем не хочется спать. — Она бросила на него взгляд из-под ресниц.

— Я могу отнести колыбельку в каюту, — предложил Колин и улыбнулся. — Боюсь, я тоже совсем не хочу спать.

Джорджи наклонилась к колыбельке и прошептала:

— Я на это надеялась.

Когда в свое время Джорджи одевалась на бал поклонников Киприды, она слегка волновалась. Теперь же она испытывала безотчетный страх.

Она пошла на камбуз и взяла у кока кусок дегтярного мыла. Радушный шотландец дал ей также мисочку с песком и водой, чтобы она могла оттереть деготь с рук и лица. Затем в порыве искренней благодарности он порылся в своих запасах и достал маленький флакончик одеколона с запахом фиалки.

— Припас для моей Лиззи, — признался он. — Но думаю, тебе это понадобится раньше, девушка.

Она достала свое единственное приличное платье из белого муслина и разгладила его, как могла, прежде чем надеть. Как последний штрих, она развернула туфли мисс Тафт, которые так долго хранил Колин, и надела их. Со своей койки Кит только фыркнула, когда Джорджи в сотый раз приглаживала и подкалывала непокорные локоны, будто могла привести их в какой-то порядок.

— Его вовсе не заботит, как ты выглядишь, и ты недолго останешься в этом платье.

— Кэтлин Аскот! Что за непристойности ты говоришь, — пристыдила Джорджи сестру, хотя и не могла винить ее за проницательность. — Я просто иду на ужин к капитану Данверсу. — Она опять принялась усмирять свои кудри.

— Ужин. Это теперь так называется? — Кит перевернулась на спину и притворно захрапела. — Тогда я не буду ждать тебя.

— Позови меня, если Хлоя проснется, — попросила Джорджи, посылая воздушный поцелуй спящей дочери и другой — сестре.