–  Молчи ты! Помощничек!.. Он - мальчишка…

–  Судя по всему, этот мальчишка зарезал героя, как цыпленка.

–  Такое невозможно.

–  Если бы герой был жив - его лайф-карта отозвалась бы на запросы поисковиков.

–  А ты вспомни Тезея!

Тезей, хоть и был вылеплен с интеллектом, полагающимся, по мнению Просперо, древнему греку, однако сообразил, что странный бугорок в области правой лопатки появился неспроста. Он уговорил кого-то надрезать кожу. Неизвестно, что сказали древние греки, увидев круглый кусочек пластика с серебряными усами, но связь с Тезеем была надолго утрачена, и десятина с добычи стала являться только после вмешательства полевых агентов диспетчерского центра.

Ждать сигнала пришлось довольно долго. Ариэль и Просперо даже переругиваться устали. Наконец раздался характерный писк - и они разом повернулись к экрану.

–  Соединяю, - сказала диспетчерша, и тут же серебряная стенка ее кабинета пропала, зато появилась черная земляная стена, разрытая, будто на дне оврага метался обезумевший носорог.

Юрка в одной грязной рубахе стоял на четвереньках возле ручейка, хватал горстью воду и умывался.

–  Ну, что ты скажешь в свое оправдание?
– спросил Просперо.

Юрка испуганно повернул голову. В трех метрах от него висел в воздухе Просперо - правда, виден он был лишь по пояс, но от того не менее грозен. За левым плечом мастера маячил Ариэль.

–  А что я? Что - я?!
– закричал Юрка.
– Думали от меня этой несчастной тыщей отделаться?!

–  Не надо, учитель, - быстро сказал Ариэль.
– Не надо его воспитывать! Он сам свою дорогу выбрал. Пока его еще щадили. Когда исполнится шестнадцать - бить будут по-настоящему.

–  Хорошо, - согласился Просперо.
– Но я должен понять одну вещь. Почему он сейчас сидит в овраге? И не первый день сидит! Он же городской ребенок.

–  Ты как сюда попал?
– спросил Ариэль.
– Говори живо и не вы-еживайся. Иначе тут и останешься.

–  Ну, как попал? Это все вы виноваты. Я же здорово играю, я систему понимаю, в игре главное - система, - забубнил Юрка.
– А тут, как назло, ничего не получается, и всякие гады с советами лезут, и воруют, и кости у них фальшивые…

–  Погодите, учитель! И чем же мы виноваты?

–  Вы всё у меня отняли и ему отдали!
– пылко заговорил Юрка.
– Всё, понимаете? Я во что играть ни сяду - обвал полный, трындец!

–  А с ним ты что сделал?
– спросил, стараясь держаться спокойно, Просперо.

–  Ну, что… я думал, все ко мне вернется, и фарт, и соображалов-ка, и вообще…

–  Ты куда его девал?

–  Вытащил - и в речку… - понуро признался Юрка.
– И все равно ни хрена не выходит! Ведь не мухлевал! Я только стаканчик в руке долго держал! А они сразу на меня с кулаками… и деньги пропали!..

–  С автоматом-то легче, - согласился Ариэль.
– Автомату на тебя начхать, он только свою арифметику знает. А тут живые люди, и те еще сволочи.

–  Но я должен был выиграть! Вы же его с меня срисовали! А он должен выигрывать всегда! В любой игре! Наверняка! Значит, и я!..

–  Вот теперь мне все ясно, - произнес Просперо.
– Молчи, Ариэль. Значит, ты нас подслушивал и знал, что этот герой - самый удачливый в мире игрок. Ты хотел попасть туда, где играют на мешки золота и ящики бриллиантов. И ты действительно попал. Но ты главного не расслышал.

–  Учитель, вы просто не знаете игроков. Он слышал, но не понял, потому что у него в ушах золото звенело, - вмешался Ариэль.

–  Может, и так. Ты бы спросил прямо - мы бы тебе, дураку, и объяснили, что такое герой. Думаешь, за что им, героям, все эти штуки полагаются - крылья, способности всякие: сквозь стенку проходить или там водой дышать? Ты десятину видел, которую они мне присылают, а куда остальная часть добычи девается, подумал? Герой придумывается, мастерится и отправляется в мир, где он необходим. Туда, где нужно испуганных и в угол загнанных собрать и в бой повести. Туда, где слабых обижают. Туда, где сатанинская сила власть взяла. Вот для того им и крылья, для того и интуиция. Тот, кого ты в речку спустил, должен был к королевскому двору пробиться и с королем-убийцей на жизнь обреченных узников в карты сыграть. Вот так они мной закляты! Они миру - добро, мне - моя скромная десятина, которую я, поверь, потом и кровью заслужил! А не будут творить добро - и способностям их грош цена! Ты же, дурак неописуемый, хотел пуд золота выиграть - и ничего больше! Теперь понял?

–  Не надо, учитель, - уже всерьез забеспокоился Ариэль, потому что Просперо, задав последний вопрос, взялся за сердце.
– А ты пойми наконец: для тебя важнее всего игра и выигрыш, они для тебя главная цель, а для него и игра, и выигрыш - только средство, его душа от них свободна! И потому он - герой, а ты…

–  Мелкий кусок дерьма, - совсем по-простому подытожил Про-сперо.
– Я понял, Ариэль, с ним нужно именно так, а ты - цель, средство… Как будто он такие слова знает… В общем, хватит. Завершаем связь. Прощай.