— Мармеладсбурга!

— Да какая разница…

Тассельхофф и Транспрингер вопросительно посмотрели на нее, и Дамарис вынуждена была застенчиво добавить:

— М-да, немного помог Непоседа… Кстати, позвольте мне обратить ваше внимание на тот незначительный факт, что если бы я не удрала в Руины, спасаясь от замужества, Транспрингер бы тут не оказался и не узнал бы своего племянника, когда тот провалился сквозь врата в измерениях, а вы, — ее пальчик едва не пронзил грудь Мармеладке, — вы вряд ли нашли бы способ удержать портал в открытом состоянии.

Дамарис завершила свою тираду на одном дыхании. Под конец ее нос почему-то оказался непомерно высоко задранным.

— Смею возразить — идея отправиться на поиски Дамарис впервые посетила меня, — фыркнул Финес. Его куртку покрывали пятна шоколада и вишневая начинка из карамелек, а волосы все еще стояли дыбом, словно щетина.

— Вы оба правы, — вмешался Транспрингер и стал между Дамарис и Мармеладкой.

— Но у нас есть проблемы поважнее. Приятель Тассельхоффа, тот большой парень с неприятной физиономией, оказался запертым в Мармеладсбурге. Пока рубильник поломан, мы не в состоянии открыть врата и дать ему возможность вернуться.

Но, откровенно говоря, после всего случившегося я совсем не уверен, что нам стоит и дальше играться с этой штуковиной.

К удивлению Транспрингера, племянник его облегченно вздохнул.

— Не беспокойтесь о нем. Его зовут Дензил, и никакой он мне не друг вовсе. На самом деле он собирался меня прикончить, или в крайнем случае поломать все кости, а затем оторвать руки. И еще… он убил мою подругу, гномиху по имени Гизелла.

— Но зачем все это? — не поверил Транспрингер.

Лицо Тассельхоффа разгладилось. И без того практически лишенное морщинок, оно стало выглядеть совсем детским.

— Кажется, это как-то связано с картой, которую ты отдал мне перед тем, как я отправился путешествовать. Дензил уверял меня, будто где-то здесь спрятано легендарное сокровище, и считал, что моя карта укажет ему путь.

— Нет тут никаких сокровищ, — насмешливо бросил Финес и указал на Мармеладку. — Этот зодчий обжорства умудрился растранжирить его целиком, создав леденцовые проспекты и обсадив их шоколадными тюльпанами.

— С твоей точки зрения все выглядит так, — обиделся Мармеладка. — Но многим Мармеладсбург представлялся городом мечты.

Но, как заметил Тассельхофф, мысли Финеса витали уже далеко отсюда. Мужчина щелкнул пальцами, на лицо его снизошло внезапное понимание.

— Дензил! Недаром это имя показалось мне знакомым! Нас всех так трепало, а он стоял на другой стороне комнаты, так что мне не довелось рассмотреть его как следует. Так вот почему он так быстро исчез из моего кабинета!

— Ты опять говоришь непонятно о чем, — заметила Дамарис. — Можно чуть поосмысленнее?

— А я как?! Этот человек…

— Он не человек, он полуорк, — поправил его Тас.

Финес удивленно вскинул брови, но, подумав, кивнул.

— Это объясняет, почему у него такой уродливый нос. Так вот, буквально за несколько минут до того, как ты выдернул меня из дому и мы отправились в дорогу, — обратился он к Транспрингеру, — эта странная личность (а теперь я узнаю, что он полуорк) объявилась у меня в кабинете. Как подрезанный поросенок, он истекал кровью из дыры в боку.

Финес быстро добрался до конца истории, не забыв и о странном исчезновении Дензила из кабинета.

— Это объясняет, почему я не нашел свою половинку карты там, где ее оставил. Должно быть, Дензил увидел ее, когда оправлялся от операции, а иначе откуда ему узнать о сокровище? Очевидно, тогда же он решил последовать на поиски Тассельхоффа, чтобы отобрать у того карту с точным указанием местонахождения клада.

Транспрингер пристально смотрел на Финеса.

— Но ведь по той же причине ты предложил мне найти Дамарис, правда? Тебе, как и этому Дензилу, хотелось добраться до сокровища.

Финес подался назад.

— Неужто я выгляжу столь же злобным? Я никогда никого не убивал; более того, несколько раз мне едва не приходилось жертвовать своей жизнью. И заметь, я ведь так и не овладел сокровищем, — закончил он, размахивая пальцем перед лицом Транспрингера.

— Нет смысла оставаться здесь дальше, — внезапно заявила Дамарис.

— Идем, Транспрингер! — позвала она, с наигранной скромностью хлопнув ресницами.

Транспрингер вскинул голову. Комната быстро пустела. Обернувшись к двери, он увидел, как последняя дюжина, или около того, кендеров, протискиваются сквозь тесный для них выход.