Шрифт:
— Насколько серьезным было расследование? — спросил Фарадей. — Кто там присутствовал?
— Я не спрашивал. Могу сделать это, если хотите.
— Это все вам мистер Бич рассказал, надо полагать?
Гессе заколебался, потом кивнул.
— Ну да. Но, пожалуйста, пусть это останется между нами. Он по-прежнему более-менее в милости у Лайдоф, и ей не следует знать, какие разговоры он ведет за пределами Зоны Контакта.
— Понимаю, — кивнул Фарадей. — Значит, говорите, Манту отпустили?
— Да, но не одного, — ответил Гессе. — На этот раз у него две няньки, мужчина и женщина. Наверно, они не хотят еще раз потерять его из вида. Все трое направляются на юг, это последнее, что нам стало известно.
— Последнее, что нам стало известно? — нахмурившись, повторил Фарадей. — Разве мы по-прежнему не наблюдаем за ним?
Гессе покачал головой.
— Разведывательный зонд имеет небольшой запас топлива. Лайдоф решила, пусть лучше остается около стада и приглядывает за ними.
— Поскольку Манта ей вряд ли уже когда-нибудь понадобится?
— Что-то в этом роде, — признался Гессе. — Сожалею.
Фарадей удержал готовое сорваться с губ ругательство.
— А что с Драсни? С ней все в порядке?
Гессе беспомощно пожал плечами.
— Насколько мне известно, она жива и находится на лечении. Но продолжает жить в уединении.
— Сделайте мне любезность, а? — сказал Фарадей. — Если что-нибудь узнаете о ней, сразу же сообщите мне, хорошо?
— Конечно, — пообещал Гессе. — И я немедленно переговорю со своими сторонниками. Посмотрим, что можно сделать, чтобы снять обвинение в измене.
— И выясните, каковы их планы в отношении джанска.
— Непременно. — Гессе подошел к двери и дважды постучал по ней. — Сообщу, как только что-нибудь узнаю.
Дверь открылась.
— Спасибо, — сказал Фарадей. — Увидимся позже.
Гессе кивнул.
— До свидания, полковник.
Дверь за ним закрылась. Фарадей некоторое время прислушивался к звуку его шагов в коридоре, потом подошел к постели и растянулся на ней. Закинул руки под голову и уставился в гладкий серый потолок.
Значит, началось. Он знал, что в конечном счете так и будет, учитывая размах этой истории с провалом плана «Омега». Лайдоф, вне всякого сомнения, сражается сейчас за свою карьеру, и она произвела впечатление чертовски хорошего борца.
Пожалуй, больше всего его удивило, какую роль во всем этом играет Гессе. Но в ретроспективе это тоже имело смысл.
Как бы то ни было, лед тронулся. Сейчас он мог только ждать — и внимательно следить за развитием событий, чтобы не упустить шанс урвать хоть что-то хорошее из этого политического хаоса. Для себя, для Макколлам, Спренкла и Миллигана.
А если очень повезет, то, может быть, и даже для Манты.
Глава 21
Впереди, в сгущающемся сумраке, Манта заметил нечто, выглядевшее как вытянутое, плотное, темно-голубое, дрейфующее с ветром облако.
— Может, здесь? — спросил он. — Вроде неплохое место, чтобы провести ночь.
— Шутишь, что ли? — фыркнул у него за спиной Защитник. — Только представь себе, сколько хищников околачиваются около таких густых зарослей брикиса.
— В особенности сивра, — добавила Воспитательница. — Бывает, в них прячутся три-четыре стаи сивра, дожидаясь, пока какой-нибудь неосторожный джанска подплывет поближе.
— Давайте просто будем осторожны, — заявил Манта. — Я голоден.
— Ты всегда голоден, — презрительно фыркнул Защитник. — Нет уж, поедим в более безопасном месте.
— Конечно, я всегда голоден, — пробормотал себе под нос Манта. — Потому что от вас не дождешься, чтобы задержаться подольше и как следует поесть.
— Что-что? — с вызовом спросил Защитник.
— Ничего. — Манта состроил гримасу.
Обогнув брикис, они продолжили путь. И, наверно, в девяностый раз за последние две недели Манта решил, что сыт по горло.
Да, сыт по горло всем этим, но больше всего сыт по горло ими.
Их звали, как они в конце концов с явной неохотой сообщили ему, Гринтаро и Виркани. Судя по всему, супругами они не были, хотя, сопоставляя обрывки их разговоров, Манта пришел к выводу, что они уже давно плавают вместе. Бугристое тело Гринтаро красноречиво свидетельствовало о множестве сражений с вуука и сивра. Напротив, относительно гладкое тело Виркани указывало на то, что она преуспела в умении ускользать от хищников.
— Плывем вон туда. — Взмахом хвоста Виркани указала вправо. — Видишь? Милая маленькая поросль раншея, словно дожидается нас.
— Вижу, — буркнул Манта, скорчив гримасу при виде плывущего в воздухе коричневого облачка.
Это и впрямь был раншей, и, следовательно, они не уснут с пустыми желудками. Но без серебристо-голубого джептриса, играющего роль приправы, это будет безвкусно.
— Мог бы и «спасибо» сказать, — проворчал Гринтаро, устремляясь к поросли.
— Сейчас, — буркнул Манта. — Устанешь, дожидаясь.