— Чтобы собрать этот проклятый ускоритель, мои люди работают в две смены, — процедил Ллеши. — Изменив орбиту сейчас же, мы потеряли бы минимум двое суток. Для этого пришлось бы взять на борт автономное оборудование и принайтовить остов ускорителя к корпусу корабля.

— Если бы вы сразу приняли мою рекомендацию, это заняло бы всего пятнадцать часов, — язвительным тоном заметил Телтхорст. — А если начнете окончательную сборку до перемещения на новую позицию, потеряете целую неделю. Надеюсь, вы, армейский офицер, не нуждаетесь в напоминании о том, сколь губительно подобное промедление.

— Это пустая трата времени, — проворчал Ллеши. — Времени, труда и топлива. Какой смысл подтягивать ускоритель к планете, которую мы никогда не станем заселять?

В темноте он скорее почувствовал, чем увидел, как Адъютор качает головой. Вне всяких сомнений, с презрительным выражением на лице.

— Вы по-прежнему исходите из того, коммодор, — заговорил он голосом, который подтверждал догадку Ллеши, — что колонизация — единственный способ практического использования планет. Я согласен, что этот мир слишком темен и холоден для человека. Но, как мне помнится, колония на Нифлееме почти полвека просуществовала в гораздо более суровых условиях.

Губы Ллеши искривились. Нифлеем…

— Что ж, если вы считаете это предприятие доходным…

— Прежде чем вернуться в цивилизованные миры, жители Нифлеема построили шахту-автомат, обогатительную фабрику и космопорт, — перебил Телтхорст. — Стоимость металла, полученного оттуда Паксом, многократно превышает затраты на первоначальное обустройство колонии. Но мы отвлеклись. Дело в том, что на планете, о которой идет речь, обнаружены открытые рудные залежи, разработка которых с легкостью окупит столь ценимое вами время и топливо.

— А как вы оцените усилия моих людей? — осведомился Ллеши. — И что они подумают, если я прикажу разобрать конструкции, которые они возводили с таким трудом, — и все ради того, чтобы переместить «Комитаджи»?

— Состояние духа ваших подчиненных не моя забота, коммодор, — бросил Телтхорст. — В первую очередь меня интересуют деньги. «Комитаджи» чудовищно велик, и его эксплуатация забирает из военного бюджета слишком много. Как все во Вселенной, он должен оправдывать свое существование.

— С помощью «Комитаджи» вы получите Эмпирею, — возразил Ллеши. — Полагаю, этого хватит с избытком.

— Может быть, и хватит, — сказал Телтхорст. — Но при условии, что Эмпирея достанется нам целой и невредимой. Однако, как вы сами упомянули, этого гарантировать нельзя.

Ллеши вперил взгляд в темный силуэт, чувствуя, как к его горлу подступает комок.

— И только ради этого мы имитировали атаку ракетами «Адский огонь» там, у Лорелеи?

— Да, и «Адский огонь», и операции «Выжженная земля», которые вы имитировали впоследствии, — ответил Телтхорст. — И не вздумайте отрицать это. Я не военный, но отлично разбираюсь в том, что происходит.

— Я не отрицаю этого, — проворчал Ллеши, чувствуя, как его впервые охватывает приступ настоящего гнева. — Наш долг, господин Телтхорст, состоит в том, чтобы быть готовыми ко всему, что может случиться в этом походе. Ко всему, даже к операциям массового уничтожения, если это потребуется.

— Не потребуется, — негромким, но твердым тоном сказал Адъютор. — Уж поверьте мне, коммодор. Я заставлю «Комитаджи» отступить и дождаться более удобного момента, но не позволю вам испепелить планету.

— Вы заставите нас отступить?

— Да, коммодор. В конечном итоге вы и ваш корабль подчинены Верховному Сенату… а в настоящее время я для вас и есть Сенат.

— Я с этим не согласен, — сказал Ллеши. — Вы представляете здесь Сенат, но власть на корабле принадлежит мне, и на его борту приказы могу отдавать только я.

Он замолчал, раскаты его голоса стихли, и в помещении воцарилась тишина.

— Знаете, коммодор, вы начинаете меня беспокоить, — заговорил наконец Телтхорст. — Вы и ваши приятели-военные. Вы потребовали вложить средства в подготовку Джереко для никчемной охоты за научными сведениями, и вы получили деньги. Вы потребовали рискнуть кораблем, чтобы доставить его на место, и также получили наше разрешение. Затем вы пожелали рискнуть еще тремя боевыми судами для завершения рекогносцировки у Лорелеи, и даже это было вам позволено. А теперь вы отказываетесь потратить несколько лишних дней, чтобы облегчить будущее освоение этой системы, — по причинам, которые кажутся мне несущественными.

— Эмпирея представляет опасность для Пакса, — натянутым тоном произнес Ллеши. — Вы сами не раз упоминали об этом. Находятся ли его жители под влиянием чужаков или нет, но они отнюдь не глупы и, вне всяких сомнений, уже знают, что мы готовим против них масштабную операцию. Каждый час, который мы проведем здесь, — это для них лишнее время на подготовку.

— Мы говорим всего о нескольких сутках, коммодор, — напомнил Телтхорст. — Не год, не месяц; несколько дней. Какое они могут иметь значение?