– Ну, я по крайней мере стараюсь делать вид, будто я… что-то делаю.

– Нет, я хотел спросить – чем ты собираешься заняться в ближайшее время?

– Поеду домой. Будем считать, что на сегодня мы свое отработали.

– Будь осторожна. Старший суперинтендант Темплер любит, когда ее подчиненные отсиживают смену от звонка до звонка.

– В таком случае она должна мне несколько выходных… да и тебе, я думаю, тоже. Скажи честно, когда в последний раз ты уходил домой после восьми часов честного труда?

– В сентябре одна тысяча девятьсот восемьдесят шестого, – не задумываясь ответил Ребус и улыбнулся.

– Как твоя квартира? Ремонт закончился?

– Куда там! Проводку сделали, теперь будут красить.

– Уже подыскал вариант?

Ребус покачал головой:

– Тебе это не дает покоя?

– Да нет, почему же… В конце концов, ты имеешь полное право продать старую квартиру и купить новую.

Он недовольно покосился на нее.

– Не заговаривай мне зубы, ты отлично поняла, о чем я.

– О Сфинксе?… – Шивон ненадолго задумалась. – Пожалуй, я бы занималась этим не без удовольствия, если бы…

– Если бы что?

– Если бы не ощущение, что Сфинкс сам получает удовольствие.

– Ему нравится манипулировать тобой?

Шивон кивнула.

– А раз он сумел забрать такую власть надо мной, то тем более мог управлять Филиппой.

– Ты продолжаешь считать, что Сфинкс – это «он»? – спросил Ребус.

– Исключительно удобства ради. Я… – Ее прервал звонок мобильника. – Мой, – быстро сказала Шивон, увидев, что Ребус полез в карман. Ее мобильник был вставлен в специальное зарядное гнездо на приборной доске рядом с автомагнитолой. Шивон нажала кнопку громкой связи.

– Ух ты, «хэндз-фри»!… – с уважением пробормотал Ребус.

– Слушаю?… – сказала Шивон.

– Это констебль Кларк?

– Мистер Костелло? – Шивон сразу узнала голос. – Чем могу быть полезна?

– Я тут подумал… Помните, вы говорили насчет игр и прочего?

– Да.

– Кажется, я знаю одного человека, который неплохо разбирается в подобных вещах. Точнее, не я, а Филиппа…

– Как его имя?

Шивон бросила быстрый взгляд в сторону Ребуса, но тот уже приготовил ручку и блокнот.

Дэвид Костелло назвал имя, но на линии возникли какие-то помехи, и голос его прервался.

– Прошу прощения, – сказала Шивон, – вы не могли бы повторить?

Костелло повторил, и на этот раз и Ребус, и Шивон услышали его слова отчетливо и ясно.

– Марр, Раналд Марр.

Шивон нахмурилась, беззвучно шевеля губами. Ребус кивнул. Он знал, кто такой Раналд Марр. Так звали делового партнера Джона Бальфура – человека, который управлял эдинбургским отделением банка.

В участке было тихо и безлюдно. Часть детективов закончила смену и разошлась по домам, остальные еще не вернулись с инструктажа в Гэйфилдском участке. Еще один день прошел без вестей о Филиппе, без каких-либо сигналов, позволивших бы надеяться, что она еще жива. Ее кредитные карточки и банковский счет оставались нетронутыми; звонков родным или друзьям тоже не поступало. Девушка как в воду канула. Ходили слухи, будто Билл Прайд в бессильной ярости швырнул свою планшетку через весь зал, так что сотрудникам пришлось от нее уворачиваться. Джон Бальфур продолжал усиливать давление; он давал одно интервью за другим и в каждом жестко говорил, что следствие топчется на месте. Начальник полиции устроил разнос своему заместителю, а тот в свою очередь насел на нижестоящих. Ввиду отсутствия новых версий, проводился еще один тотальный опрос друзей, родственников, знакомых и соседей. Все нервничали и срывались по пустякам.

Ребус первым делом попытался дозвониться в Гэйфилд Биллу Прайду, но линия была занята. Тогда он позвонил в Большой Дом и попросил позвать к телефону Клаверхауса или Ормистона из Второго отдела департамента Уголовного розыска.

Трубку взял Клаверхаус.

– Алло, это Джон Ребус. Хочу попросить тебя об одолжении…

– Ты думаешь, я настолько рехнулся, что буду исполнять твои прихоти?

– Я думаю, ты отроду свихнутый.

– Иди ты, Ребус, к едрене фене.

– Я бы с удовольствием, да она все твердит, что тебя любит, а ты ее бьешь. – Только так и можно было пронять Клаверхауса – отвечая наглостью на наглость.

– Да, вот такое я говно, Ребус, а потому повторяю свой первый вопрос.

– Не думаю ли я, что ты рехнулся? Давай сформулируем так: чем скорее ты выполнишь мою просьбу, тем скорее я от тебя отстану и смогу поехать в паб, чтобы напиться до бесчувствия.

– Господи, ну почему ты сразу не сказал? Выкладывай, что там у тебя, только покороче.

Ребус сдержанно улыбнулся в телефонную трубку.

– Мне нужно связаться с кое-какими нашими коллегами.

– С какими именно?

– В Дублине.

– Зачем?

– Хочу покопаться в прошлом дружка Филиппы. Пусть они посмотрят, что у них на него есть.

– Я поставил на него десятку из расчета два к одному.

– Тем более у тебя есть основания мне помочь.

Клаверхаус задумался.

– Дай мне четверть часа. И не отходи далеко от телефона, я тебе позвоню.