За его спиной замолкла еще одна турель. Еще два солдата вбежали в коридор, черный от взырвов, изрешеченный пулями и заваленный трупами.

– Черт, да сколько же вас тут?! – взвыл Гордон, открывая огонь.

Один из солдат медленно завалился набок – и у Фримана пусто щелкнул затвор. Но, когда он потянулся за "стаканом" патронов, глядя, как второй солдат уже давит на спусковой крючок, его враг вдруг упал – одинокий пистолетный выстрел вспорол его противогаз на виске. И из прохода на миг высунулся подмигнувший Гордону Вебер. Фриман, чуть успокоивши дико стучащее сердце, снова побежал на звук, на это раз на затихающий – последняя турель сдохла. Но в коридор больше никто не вошел. Повисла оглушительная тишина, словно Гордона вынули из кричащего на полной мощности динамика и сунули в карцер. Воздух почти дрожал от жара, нагревшись от пороховых газов и пуль. Трупы, завалившие все четыре прохода, лежали в самых разных позах, и только тяжелое обмундирование не давало крови залить весь пол. И тишину резали только два звука – тяжелое дыхание Гордона и Вебера. Фриман, еле волоча автомат и чувствуя дикую усталость, заглянул в проход. Вебер сидел в углу, привалившись к стене, одной рукой сжимая пистолет и прижимая к телу другую, где из бинтов уже начала сочиться кровь.

– Черт, – засмеялся Вебер, увидев Фримана, – Ах-ха-ха-ха, черт… А я-то думал, это не ты идешь… Думал, тебе уже конец…

– Я и сам так думал, – усмехнулся Фриман и опустился рядом с ним, – Это просто какой-то… немыслимо…

Они помолчали.

– Что, Доктор Фриман, – покосился на него Вебер, – Это было пострашнее Черной Мезы?

– Там было не легче, – Фриман прикрыл глаза, – Там были вортигонты… Там были люди. Не переработанные Альянсом пленники, а простые люди, которым такие же люди приказали убивать таких же людей…

И вдруг резкий шорох нарушил эту звенящую тишину. Гордон, повинуясь уже выработанному инстинкту, вскочил, забыв усталость. Сюда кто-то шел.

– Гордон?

Фриман улыбнулся и вышел в коридор.

– Аликс, ты как раз вовремя!

– Господи, что тут было? – Аликс скорее с любопытством, нежели со страхом, разглядывала изуродованные стены и лежащие тут и там трупы.

– Фриман тут был, – усмехнулся вышедший вслед за ученым Вебер, – А ты, должно быть, Аликс Вэнс? Для меня большая честь познакомиться с дочерью самого…

– Не стоит, – улыбнулась девушка, – А ты, я вижу, заключенный?

– Бывший заключенный, – мрачно ответил Вебер и назвал свое имя.

– Отлично, – Аликс посмотрела на Фримана, устало привалившегося к стенке, – Я вижу, Гордон и впрямь герой-освободитель!

– Пустое, – усмехнулся ученый, – Он пойдет с нами, ему как можно скорее нужна медпомощь. И еще… он хочет присоединиться к повстанцам.

Глаза Аликс стали серьезнее.

– А ты это твердо решил? Оттуда назад дороги нет.

– Я…

Вебер хотел было кивнуть, но осекся. В голове вдруг всплыло его недавнее предательство. Он предал своего, и не просто обычного гражданина, а великого Гордона Фримана, живую легенду. Таким прощения не бывает. Если он проговорится об этом там, его тут же убьют. А таить предательство в себе и идти бок о бок с Фриманом он не сможет ни за что. Уж лучше смерть.

– Я не знаю…

– Твердо, твердо, – заверил девушку Фриман, – Он просто сейчас растерян, да и переломы… Не сомневайся, Аликс, он проверенный парень. Уже тот факт что он сидел тут, в камере, говорит о том, что он ненавидит Альянс.

– Ладно, – подумав, сказала Аликс, – Вебер, пойдешь с нами, мы найдем тебе подходящее место в лаборатории доктора Кляйнера до твоего выздоровления. А теперь – нам надо торопиться, Моссман может эвакуироваться из Нова Проспект.

Они пошли вслед за ней. Аликс набрала какой-то код на настенной консоли и одна из решеток отодвинулась, открывая лестницу, ведущую вниз.

– А кто такая Моссман? – угрюмо спросил Вебер.

– Одна наша бывшая подруга, – бросил Гордон.

– А почему бывшая?

– Вот это мы и хотим у нее узнать, – сказала Аликс, спускаясь по лестнице, – Она тут, недалеко, всего в паре блоков отсюда.

К довольно большому посту охраны они пробирались большей частью молча. В подвале. Через который они шли, в темноте на них напал небольшой отряд из пяти солдат, но втроем с ними справиться было нетрудно. Никого не ранило, лишь по Фриману, как по приоритетной мишени для Альянса, попала одна пуля, но ее смог сдержать костюм. На этом весь его заряд кончился, и на месте попадания даже осталась внушительная вмятина. Но это были мелочи, дорога до поста охраны пронеслась почти незаметно – втроем все казалось уже не таким опасным. Когда они вошли в охранку, по селектору монотонно гремела очередная сводка о местонахождении Нарушителя N1. Времни оставалось мало, Альянс явно всполошился не на шутку после той бойни в блоке D8.

Аликс сразу же начала возиться с монитором консоли, пытаясь поймать изображения со всех ближайших камер слежения. Фриман, оставив Вебера в дверях с пистолетом, принялся искать пакет медпомощи. Но его найти так и не удалось – нашелся лишь странного вида зарядник с нарисованным на нем красным крестом. Судя по всему это и была "аптечка", вот только Вебер не был синтетом, чтобы лечиться с помощью проводов и инъекций внутрь органов. На вопрос Гордона, сможет ли он продержаться до лаборатории Кляйнера, Вебер вяло пожал плечами. В его голове сейчас звучала лишь одна мысль: "Ну признайся же ему!".