Просто хотелось побыть с ним.

Крис переодевалась после работы - вместе с Татой, сегодня они вместе дежурили. Теоретически в раздевалке был душ. Практически он уже очень давно не работал. Крис просто стянула белое платье и надела обычное, цветастое. Лето уже вступило в свои права, на улице теплынь. Крис сунула ступни в босоножки.

Она только что побывала у Йэна, но он спал. Ну еще бы, 5 утра. Он получше выглядит, подумала Крис. Поймала себя на нежной, затаенной улыбке. Так хорошо о нем думать. Так светло.

— Крис? Ты на монор?

— Ага, - она причесывалась перед маленьким обшарпанным зеркалом.

— Опять была у своего инквизитора?

— Ага, - мечтательно сказала Крис, - но он спит.

— Слушай, - Тата нерешительно взглянула на нее, подойдя ближе, - ты не слишком увлекаешься? А, Крис? Может, нехорошо, что я тебе говорю, но… мне тебя жалко. Ведь он…

Крис повернулась к ней. Тата смотрела на нее и вправду сочувственно. Темные глаза, пушистые завитки висков.

— Я знаю, он целибатник. Так ведь и я замужем, Тат. Брак-то действительный.

— Но ты… гм… ну я хочу сказать, что такое ощущение, что ты влюбилась.

— Ну и что? Это же не грех, - Крис засмеялась, схватила сумку, - пойдем на монор.

Йэн думал о родителях. Они приезжали на выходные и оставались до понедельника. Хорошо еще, что именно в понедельник его перевели в это отделение. Там, в реанимации, среди мониторов, капельниц, шлангов, блестящих и непонятных аппаратов, весь обклеенный повязками и пластырем и подсоединенный к приборам, наверное, он выглядел страшненько. Мама ничего, конечно, не сказала. Наверное, к этому привыкают.

Отцу дали всего четыре дня отпуска на службе. Но лимит полетов у них еще был, вот они и использовали.

— А я хотел к вам на юбилей выбраться, - сказал Йэн, - вот не получится теперь.

— Ну мы тебя повидали, - тихо произнес отец. Мама пошуровала между тем в тумбочке.

— Смотри-ка, булочки… кто это тебя тут балует?

— Знакомая одна, - ответил Йэн. Что-то Крис нету сегодня… Впрочем, она предупреждала - у нее ведь дети. Могла бы прийти и с детьми. Но неважно.

— Как у вас-то жизнь?
– спросил Йэн, - здоровье как?

— Здоровье хорошо, - ответил отец, - ну а жизнь, все по-старому. Я все молодых учу. Технику новую вот поставили, - он умолк. Йэн тоже не спрашивал о технике, разумеется. Отец служил в РЭБ - войсках радиоэлектронной борьбы. Высоких званий не достиг, так и остался дектором - образование не то. Впрочем, он чувствовал себя вполне на своем месте, обучая молодых солдат-срочников и дежуря на посту у какой-нибудь своей "глушилки", начисто вырубающей возможность для врага вещать по радио и телевидению на Маккар и вообще эдолийский Север.

— А Лета закончила, наконец, свой курс переподготовки, - начала мама рассказывать новости младшего поколения. Две сестры и брат Йэна жили недалеко от родителей, в Маккаре. У них, конечно, больше интересного происходило. Вен собирается вскоре жениться, Лета сменила специальность, будет теперь учительницей нулевой ступени, это более ответственно, чем первой. Витина дочь начала ходить.

— Майта собиралась к тебе приехать, - сказала мама.

— Да, я знаю. Она звонила.

Йэн и Майта были погодками, и как-то особенно дружны. К тому же, Майта и жила в Анграде. Впрочем, за пять дней все остальные братья и сестры тоже успели хоть по разу позвонить в больницу.

— Тебе больно сейчас?
– спросила мама, положив руку ему на голову. Он закрыл глаза. Как в детстве. Можно подумать, что тебе лет пять… ты лежишь в постели, заболел. Мама сейчас принесет теплого молока.

— Нет, - тихо сказал он, глотая комок. Вот идиот же стал. Совсем расслабился. Не хватало только заплакать, маме и без того весело.

— Мне не больно, - сказал он, - уже все прошло.

— Да уж, все прошло, я вижу, - вздохнула мама, - как же это получилось, Йэн? Ты ведь говорил, что работа у тебя теперь безопасная.

— Да знаешь… кирпич ведь кому угодно может на голову свалиться.

— Да это не то, чтобы кирпич, - сказал отец, - это ведь профессионал стрелял-то.

— Да. Но я пока не имею права рассказывать обо всем, - выкрутился Йэн. Родители понимающе переглянулись. Что ж, это в семье - дело обычное.

Он рассказал им про Вэлию Ратта, про девочку, которая не ходила в школу, про нескольких погибших людей - погибших только потому, что прошли оккультное "посвящение".

— Конечно, умирают не всегда… большая часть просто лечится в психиатрии.