Он крикнул через реку:

– Я бы лучше приберег свою ярость для убийц. Но выбирать тебе, отец. Я предпочел бы оплакать погибших.

– Так и поступай, – согласился его тесть. Он долго молча смотрел на Урту. Потом сказал: – Но горевать тебе придется меньше, чем ты думаешь. Переходи реку. Возьми своих друзей. Переходите по отмели.

– Мы будем драться? – спросил Урта. – Если будем, я лучше пойду один.

Арбам снова долго смотрел на него тяжелым взглядом, потом отрицательно покачал головой:

– Нет, драться не будем. Не сейчас. И не мы с тобой. Сохрани свою кровь для других дел. Она тебе еще пригодится.

Старик собрал копья и щиты, повесил их на плечо и зашагал через заросли бледно-зеленой ивы к тому месту, где река пенилась и бурлила на черных камнях мелководья.

Урта и Арбам встретились посредине реки и обнялись. Урта представил меня, потом Ниив, которая все время держалась поближе ко мне, потом Ясона. Два уже немолодых человека обменялись настороженными взглядами и слегка кивнули друг другу.

– Беспокойный у тебя корабль, – начал разговор Арбам. – Ему очень хочется уйти отсюда. Корабль странный, хотя не пойму, почему меня это беспокоит. В последнее время мир очень изменился, стал совсем не таким, как раньше.

– Это Арго. Я построил его своими собственными руками, – соврал Ясон. – В Пагазе, в гавани Иолка.

– А где это?

– К югу отсюда, он находится на побережье самого теплого моря, ты даже представить себе не можешь, насколько теплом. Вы называете это место Греческой Землей.

– И ты построил корабль своими собственными руками…

– А потом отремонтировал при свете Полярной звезды, мне помогал твой зять и еще вот этот человек. – Он показал на меня. – Доски были промерзшие, вместо бронзы – лед. А корабль все равно пахнет македонскими винами и оливами из Ахеи, поэтому он беспокойный.

Впервые я понял, что Ясон скучает по дому, он просто переносит свои чувства и желания на корабль. Если Арго и скучает по чему-то, то скорее по снегу и морозу севера, по запаху оленей – по тому, что нравится Миеликки, а не по ароматам Греческой Земли.

Улланна только что перешла реку, на одном плече у нее висел лук, колчан со стрелами на другом. С ней Арбам был куда галантней, чем с Ясоном. Она протянула руку и коснулась двух свежих рубцов на предплечье Арбама.

– Я скорблю о твоей потере, – передала она через меня.

– Моя жена и дочь, мать детей этого человека.

Улланна закатала свой левый рукав. Длинный шрам тянулся от плеча к локтевому сгибу, а на кисти руки я заметил след от стрелы.

– Мой муж и маленький сын, – сказала она. – Их убили персы, когда я охотилась в горах. Мы оплакиваем близких так же, как вы.

Арбам приложил палец к ее ране на кисти руки между мизинцем и безымянным. Улланна вытащила из колчана стрелу с железным наконечником и проколола руку в том же месте.

– Мы скорбим до тех пор, пока рана не заживет, – пояснила она Арбаму, а тот кивнул в знак согласия. – Или делаем так, чтобы она не заживала, – добавила она, а Арбам улыбался, глядя на нее.

– Быстро, болезненно, действенно, – шепнул мне Ясон. – Если бы я знал такой способ оплакивать умерших, переживать так свое горе, возможно, я и не умирал бы двадцать лет.

– Ты уже пережил свое горе.

– Да.

Бараний рог на Арго известил об опасности, но Арбам жестом остановил нас:

– Это друзья. Несколько человек, которые сохранили верность и не ушли с твоими конниками за Куномаглом, а остались в крепости. Остальные погибли. Вот что случилось здесь, Урта. Ты уехал, потом вниз по реке уехали остальные, потом через море в земли бельгов и еще дальше.

Четверо всадников, в серых плащах, с опущенными копьями, уверенно ехали по реке, осторожно, но без напряжения, – они увидели, что Арбам мирно разговаривает и не собирается драться. Урта знал этих людей, но не очень хорошо, они не принадлежали к его лучшим бойцам. Важнее всего для него сейчас было услышать от самого Арбама рассказ о том, что же здесь произошло на самом деле, кто устроил резню. И что тот имел в виду, когда говорил, что «в последнее время мир стал совсем не таким, как раньше»?

– Поговорим по дороге, – предложил Арбам. – Возьмите лошадей, а мои друзья пойдут пешком, поищут еду.

Четверо утэнов не ожидали такого поворота событий, но вежливо спешились, хотя и хмуро поглядывали на Арбама.

Мы оседлали коней, и Арбам повел нас через лес на запад.

После нападения и своего побега, сообщил нам Арбам по пути, он не вернулся в цитадель. Он убежал по одному из притоков реки подальше в лес и остановился в одном из ущелий на самой границе владений Урты и Царства Теней Героев. Это место, где обитают призраки и куда собирались отправиться Урта и люди из его клана, если их в конечном итоге убьют в сражении или они умрут от старости.