— Нам стало доподлинно известно о твоих порочных связях с колдовскими элементами. Что ты на это скажешь?

Бабариха замерла на мгновенье, затем рухнула на колени и отчаянно заголосила:

— Ой, оговорили меня недруги! Прости, царь-батюшка, ежели что не так. А токмо про колдовство знать ничего не знаю и ведать не ведаю. Всё енти девки глупые, оборотнем из колыбельки украденные. Жили они у колдуньи, там всему и научилися. — Высказавшись таким манером, Бабариха принялась методично биться лбом об пол и тихонько поскуливать. Лебедь пихнула Салтана локотком в бок:

— Про полеты спросить не забудь.

Государь с пониманием кивнул и сурово уставился на Бабариху:

— Ну-ка, встань немедля и отвечай на вопросы. — Старушенция лишь мотнула головой и вернулась к своему занятию.

— Слышь, бабка, довольно пол сотрясать. Ты ж так себе последние мозги отшибешь.

Но Бабариха впала в исступление и на разговоры отвлекаться не собиралась.

Салтан беспомощно развел руками и оглянулся на царицу, ища у нее поддержки. Птенчиков понял, что настал его звездный час. Поднявшись со скамьи, он негромко кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание, и вежливо начал:

— Дозволь, государь, слово молвить!

Однако государь уже был сильно не в духе и едко произнес:

— А ты бы помолчал, гость заморский. Погоди, и до тебя очередь дойдет. Подумай покамест, как свои грехи объяснять станешь.

— Так ведь я к тому и веду, — быстро заговорил Иван, боясь, что его снова перебьют. — Я, можно сказать, вину свою понимаю и хочу перед тобой, царь-батюшка, реабилитироваться.

— Чего хочешь?

— Ну, оправдаться, — пояснил Иван. — Берусь у Бабарихи выпытать всю правду по интересующим вас вопросам.

— Ах, выпытать, — ехидно прищурился Салтан. — Никак, предложишь старуху в башню волочь? А там ищи вас, свищи…

Иван смутился:

— Нет, батюшка, никуда никого волочь не придется. Готов всё выяснить прямо здесь, как говорится — пред ваши светлы очи.

— Ой, как интересно, — обрадовалась предстоящему зрелищу царица, — думаю, надо ему позволить. Ты как считаешь, Салташа? Вот только боюсь, перепачкает он всё мне здесь, кровушкой забрызгает, и пропала моя торжественная зала.

— Не волнуйся, царица, процедура эта бескровная, — успокоил Иван Лебедушку, которая от этой новости заметно поскучнела. — Есть у меня вещица занятная, индикатор правды называется.

С этими словами Иван осторожно извлек из кармана радиоуправляемого комара, сконструированного в ИИИ специально для этой процедуры.

— Ежели Бабариха, отвечая на ваши вопросы, солжет, комар ее мгновенно ужалит.

— А что же ты раньше своего комара не использовал? — с подозрением глянул на «пытаря» Салтан.

— Так ведь вещица больно дорогая да хрупкая, вот и берег для особого случая, — быстро нашелся Птенчиков, отметив, что делает заметные успехи в искусстве лжи.

— Ну, довольно вам препираться, — проявила нетерпение Лебедь. — Давайте уже начинать.

Несчастная Бабариха в ожидании страшной пытки даже перестала биться головой об пол и лишь беспомощно оглядывалась по сторонам в надежде просочиться в какую-нибудь щель и схорониться там на веки вечные.

— Так что, бабушка, — начал Иван, — говоришь, к колдовству ты не причастна?

— Не причастна, — эхом повторила Бабариха незнакомое слово.

Комар на это заявление никак не среагировал. Салтан нахмурился, а Лебедушка удивленно изогнула бровь.

— И не единой волшебной вещицы у тебя нет? — продолжил Птенчиков.

— Нетути, — осмелела Бабариха

И тут комар сорвался с места и, сердито жужжа, шарахнул старуху электрическим разрядом прямо в нос. Та завизжала от ужаса, а Иван торжествующе закричал:

— Вот, действует! Неправду она сказала!

Теперь уже удивился Салтан, а Лебедушка захлопала в ладоши и принялась азартно подпрыгивать на своем троне:

— Еще, еще! — выкрикивала она. — Спрашивай дальше!

«Вот ведь, стерва кровожадная», — изумилась Сонька, а Иван почтительно кивнул головой и продолжил:

— Значит, выяснили мы, что обладаешь ты волшебной вещью. И что это за вещь?

— Дык скатерка-самобранка. Всё берет, обратно не отдает. Только не моя она, а вот ентой вертихвостки. — Бабариха предательски ткнула скрюченным пальцем в сторону Соньки. — А в скатерке той крылья волшебные упрятаны, она сама мне говорила.

— Теперь Ткачиху комаром пытать! — вошла в раж Лебедушка, предвкушая скорое исполнение заветного желания.

— А чего меня пытать-то, — спокойно возразила Сонька, даже не встав со скамейки. — Эта карга старая скатерку у меня стащила да сама ее и припрятала.