— Ты погоди, утонуть мы всегда успеем, — я, наконец, поднялся на ноги. — Чем тебе сама «Колхида» не подходит?

— По двум причинам. Даже по трём. Первая — я уверен, что судно затонет. Чувствуешь, как крен понемногу увеличивается? Вторая — по судну рыщет призовая команда, очень расстроенная тем, что осталась без транспорта. Вряд ли мы с ними уживёмся.

— А третья причина?

— Мне нужно вниз. Наверное, тебе тоже, раз мы коллеги. Ты же что-то ищешь?

— Ах, вот оно что! Подводная станция! Но зачем там органы?

— Какие органы? — не понял меня «коллега». — Ты пересидел здесь, явно. Давай, пошли. Вот твой пистолет, твоё удостоверение, а теперь нужно двигать.

— Да погоди ты! Вы везли груз?

— Конечно, везли.

— Куда его перегрузили?

— Вот на батискафы с подводной станции и перегружали. Всё, некогда.

Я оторопел. Значит, всё-таки моё расследование отнюдь не зашло в тупик, я всё ещё иду по следу. Что ж, на станцию, так на станцию.

— Тебя как зовут-то? — спросил я нового знакомого в спину.

— Клирик, — ответил он, не оборачиваясь.

— Ага. Ну а меня — Клим.

— Я в курсе. Вот, возьми это, — он бросил мне свёрток, в котором я опознал гидрокостюм с минимальным комплектом для аварийного погружения, точнее — всплытия.

Мы бежали — в который раз за последнее время — по коридорам судна. Я бы уже давно заблудился, но Клирик хорошо знал, куда нужно двигаться. Несколько раз в соседних ответвлениях раздавались выстрелы и гортанные крики, кто-то отчаянно бился за свою жизнь, но мы не задерживались. Наконец, по крутому трапу Клирик вывел нас на палубу. В прошлый раз я был здесь ночью, плюс меня ослепляли прожектором, так что ничего, кроме нагромождения механизмов и тёмной громады надстройки не запомнил.

Сейчас, в рассветных сумерках, палуба выглядела, как фермерское поселение после прохода торнадо — у меня дома иногда случались такие вещи. Верхняя часть надстройки просто отсутствовала, стрелы и тали в беспорядке переплелись и опасно качались в воздухе. Тут и там валялись растерзанные тела.

Справа в небо поднимался жирный столб дыма — там горело какое-то судно, не очень больших размеров, а над ним бесцельно кружил летательный аппарат, раз за разом выходя на боевой курс и уделяя горящим обломкам плазменный залп, похоже, работала автоматика.

Клирик, не давая мне задерживаться, тащил меня в носовую часть. Мы почти добрались до возвышения на баке, когда рядом по палубе хлестнула очередь. Клим толкнул меня за свёрнутые бухты канатов и упал рядом.

— Заметили. Ничего, сейчас мы им продемонстрируем кое-что.

Клирик потянулся к ближайшему трупу с зелёной повязкой на голове, вытащил у него из рук импульсный автомат и подсумок с запасными магазинами. Глядя на него, я тоже приготовил пистолет.

— Ну что, Клим, стреляй во всё, что движется! — и подал пример, выглянув из-за бухты и выпустив длинную очередь в сторону остатков надстройки. — Времени у нас немного, батискаф вот-вот уйдёт под воду.

Я не ответил, а выглянул с другой стороны и нос к носу столкнулся с каким-то жуткого вида типом, который подобрался совсем вплотную и уже приготовил длинный изогнутый кинжал. Стрелять было уже поздно, поэтому я просто ударил его пистолетом снизу вверх в подбородок, а затем выстрелил ему в грудь. Клирик посмотрел на это дело и покачал головой.

— Надо было в лицо стрелять, тогда человека даже из иглопистолета насмерть завалить можно. А так — он же через пару часов в себя придёт.

— Через пару часов его уже будут доедать рыбы, — огрызнулся я в ответ.

— Тоже верно.

Нападавший был только один, остальные орудовали где-то в уцелевших помещениях «Колхиды», поэтому мы без помех поднялись на бак по трапу с левого борта, где грузовая стрела всё ещё держала над палубой один из контейнеров со спецмаркировкой. Вторая стрела повисла вниз, очевидно, только что опустив груз.

— Интересно, что там внутри? — пробормотал я про себя.

— Тебе это важно?

— Конечно. Откроем?

— Откроем. Только там, внизу. Экспресс уже отправляется, — Клирик показал вниз, где на крохотной верхней палубе батискафа суетились двое в синих комбинезонах, а третий покрикивал на них, высунувшись в люк невысокой рубки. Двое судорожно пытались отцепить от талей один из контейнеров, уже находившийся в грузовом отсеке. Из-за спешки и качки дело у них шло туго. Клирик положил руку мне на плечо, заставив пригнуться.

— Если третий выползет из рубки — прыгаем вниз и валим двоих. Один — для управления этой штукой во время погружения.

— Что значит — валим? — удивился я. — Вообще-то, я федеральный следователь, если ты не забыл, я не имею никакого права валить, как ты выражаешься, людей.

— Ну, хорошо, стрельни из своего пистолетика, тоже сгодится. Всё равно утонут. В батискаф пятеро не поместятся. Ты не переживай так сильно — это всё плохие парни, — Клирик засмеялся.

На самом деле, эти трое принимали груз, за которым я охотился, так что они явно не посетители воскресной школы. Что это меня на морализаторство потянуло?