— Не совсем, — кашляя кровью, прохрипел Дейвис — У меня есть сыновья.

Он так и не узнал, услышал ли его брат. Ибо Клеон застыл в неловкой позе, которая могла означать только смерть. Осмотрев свою рану, Дейвис пришел к выводу, что она тоже смертельна. Все будет кончено, возможно, и не через десять секунд, но через десять минут точно. Дейвису пришлось насмотреться на пулевые ранения за время работы в лучшем похоронном бюро для негров в Чикаго. Он встал и, прихрамывая и истекая кровью, подошел к окну, чтобы посмотреть на творение рук своих. Огонь был повсюду, поднимающийся высоко в ночную темноту; небо озарялось отблесками пляшущих языков пламени, Победа была полной.

Отойдя от окна, Дейвис вернулся к лампе, которую зажег, Он обвел взглядом комнату, где когда-то была спальня его отца. С тех пор здесь почти ничего не изменилось, но только теперь на кровати лежал его мертвый брат, Дейвиса захлестнуло ощущение безысходности. Неужели всему этому никогда не придет конец? Неужели мы и они никогда не научимся жить вместе? Дейвис не знал ответа. Подняв зажженную лампу над головой, он что есть силы швырнул ее в стену. Горящий керосин быстро разлился по старому дереву.

Дейвис опустился в кресло. Боль в животе усиливалась, как и жар от разгорающегося огня. Когда и то и другое станет невыносимым, он приставит к виску дуло револьвера и хорошенько посмеется. Вот чем все закончилось. Бонвериты, чья длинная родословная уходит в прошлое на сто с лишним лет, покорили эту землю, основали плантацию, добились процветания, передавали собственность по наследству из поколения в поколение, Но они передавали и другое, проклятие рода Бонверитов: склонность к насилию, нетерпимость, злобу.

И вот наконец два брата, такие умные, такие образованные, такие целеустремленные, такие трудолюбивые и бережливые, такие одаренные каждый по-своему, оканчивают свой жизненный путь в спальне дома, в котором родились они оба, но только один в господских покоях, а другой внизу, в комнате для прислуги.

Дейвис рассмеялся.

Все просто прекрасно.

О большем он и не смел мечтать.

Он нажал на спусковой крючок.

Пробегая по горящему особняку, Эрл обнаружил два тела. Два трупа в одной комнате. Кто они такие? Какая драма здесь разыгралась? Но тут пламя, выгнав его на улицу, поглотило обоих.

Забросив зажигательную бомбу на крышу здания конторы, Элмер с удовлетворением отметил, что она взорвалась с приглушенным хлопком, рассыпая букет огненных искр на кровлю, и каждая искорка разгорелась в свой собственный пожар.

Но у него не было времени любоваться тем, как распространяется пламя.

Элмер побежал вперед, мимо «дома порки» к большому зданию, в котором размещался штаб охраны. Три тела, распростертых на земле перед входом, свидетельствовали о том, что дело здесь уже началось. Это были результаты спокойной, уверенной работы Билла.

Подбежав к двери, Элмер схватил в обе руки мощные револьверы 44-го калибра и вышиб дверь ногой. Он оказался в коридоре, наполненном полуодетыми людьми, охваченными паникой. Кто-то держал в руках оружие, большинство были безоружными. Элмер открыл огонь из обоих револьверов, и мощные, убойные пули 44-го калибра без труда нашли себе цели в набитом коридоре. Наступила пора смерти.

Пуля 44-го калибра не просто поражала человека — она его оглушала. Причем оглушала с такой силой, что он не падал, а грохался на пол. Больше того, могучие струи раскаленных пороховых газов, вырывавшиеся из дул револьверов, в тесном коридоре становились страшным оружием сами по себе: даже если пули и пролетали мимо цели, вспышки выстрелов дезориентировали охранников, лишая их воли продолжать сопротивление.

Но вот в обоих револьверах курок щелкнул по стреляным гильзам. Элмер понял, что остался безоружным и потребуется около тридцати секунд на перезаряжание. Он попятился назад, развернулся и побежал, надеясь укрыться за ближайшим деревом. Именно в этот момент пуля попала ему в голову.

Боль была страшной. Элмер упал на землю, оглушенный, обливаясь кровью. Следующая пуля ударила рядом с ним, подняв сердитый фонтанчик земли. За ней еще одна. Элмер понял, что огонь по нему ведется с крыши здания. Неизвестный стрелок прижал его к земле. Впрочем, это не имело никакого значения, поскольку Элмер уже получил пулю в мозг.

Но если он получил пулю в мозг, как ему удается рассуждать так ясно? Сунув ладонь под шляпу, Элмер нащупал кровоточащую царапину на темени. Рана оказалась поверхностной.

Еще один выстрел взрыл землю, поднимая в воздух облачко пыли. К счастью, неизвестный стрелок оказался порядочным мазилой.

Внезапно Элмер почувствовал, что кто-то, опустившись на колени рядом с ним, пытается помочь ему подняться, хотя неизвестный стрелок продолжал методично стрелять.

Это оказалась Салли. Она подняла Элмера на ноги.