Порядком замерзнув, проснулся, утолил Великую Сушь Похмельную свежей холодной водой из пробегавшего рядом ручья. Глянув на безмятежно посапывавшего Сефера, отчетливо вспомнил события, благодаря которым пришлось спать на голой земле. Пнув этого гада, молча взобрался в седло, удивляясь, как мы не разбились во время ночной скачки и почему не свалили лошади после такого с ними обращения?

Сефер плелся позади, уныло понурив голову. Больше всего меня возмутило то, что похмелье ему было совершенно нипочем! Не сдержавшись, выразил свое о нем мнение:

— Скотина!

Сефер еще более опустил голову.

— Пьянь!

Он молчал.

— Ненасытная свинья!

— Хватит уже… — взмолился глубоко переживавший Сефер. — Мне и так плохо!

— Это тебе плохо?! Ты, что ли, две фляги за полчаса осушил? Или это из-за меня пришлось сваливать из города?!

— Ну ладно, Фенрир, хватит.

Я посмотрел на его жалобное лицо, доставившее мне немало удовольствия. Но от возможности поиздеваться не отказался.

— Хватит чего? Мучиться головой? Или думать о том, что нас может догнать возглавивший отряд стражей рогоносец, которому мы даже не заплатили за уничтоженное вино?

— Ты же сам к ней полез, — попытался оправдаться пристыженный Сефер.

— А кто начал выносить дверь и орать на весь Ферей?! — захлебнулся я от возмущения.

Только убедившись, что Сефер достаточно пристыжен, и не желая перегибать палку, я скомандовал привал у ближайшего ручья. Однако недовольство свое продолжал демонстрировать.

Жевать было невыносимо трудно, да и есть-то не хотелось. Но я упрямо поглощал пищу, зная, что сильно подорванное за ночь здоровье надо восстановить до того, как мы достигнем покрытых вечным снегом гор: там особо расслабляться не придется точно!

— Сефер, ты хоть примерно знаешь, куда нам идти? — окончательно успокоился я.

— Примерно знаю: между теми двумя горами.

Я посмотрел на две самые высокие вершины, ослепительно сверкавших в лучах солнца.

— Интересно, — пробормотал я, обращаясь больше к самому себе, — сколько же до них добираться?

— Дня два, не больше, — радостно ответил Сефер. — Дорога там прямая, на пути пара городков.

— Будешь опять буянить — придушу, — стараясь выглядеть внушительно, предупредил я.

Сефер хмыкнул, сдерживая смех.

В крохотный городок, где мы собрались переночевать, попали как раз к заходу солнца. Нельзя сказать, что нас ждал там ласковый прием…

В полной тишине мы ехали среди развалившихся, заросших густым мхом домов. Земляная дорога глушила стук подков наших коней. Ветер, казалось, никогда не разгонял затхлый воздух.

Сефер с недоумением сказал:

— Во имя Мидера, что здесь произошло? Когда я был тут в последний раз, все выглядело нормально…

— А когда это было?

— Ну, года полтора назад… Клянусь Мидером, за этот срок город не мог так сильно измениться!

Хм… Я бы лично дал развалинам не меньше пары сотен лет.

— Ты уверен, что прошло всего полтора года? Может, все же больше?

— Скажешь тоже! — возмутился он. — Что я, совсем дурной, по-твоему?

Отвечать на его риторический вопрос я не стал, хотя язык чесался.

— Знаешь, Сефер, здесь, конечно, тихо, но ночевать как-то не тянет… До следующего города далеко?

— Не, — озираясь, пробубнил он, — миль двадцать или чуть меньше. До темноты не доскачем.

— Почему? — не понял я.

— Лошади устали. Если не дать им отдохнуть, через горы пойдем пешком.

— Тогда остановимся в лесу.

Сефер, которому тоже было не по себе, согласился со мной.

Отъехав от города, свернули с тракта в лес и, найдя приличную поляну, расседлали лошадей. Спать не хотелось, но и разговор не клеился. Чтобы хоть немного развлечься, я достал отобранную у Лейруса книгу, решив наконец-то узнать, что в ней. При ярком свете луны с огорчением увидел, что страницы изрисованы совершенно одинаковыми каракулями, чем-то похожими на арабскую вязь. Мне они совершенно ничего не говорили.

— Сефер, — позвал я задремавшего спутника. — читать умеешь?

— Конечно! — раздраженно буркнул он. переворачиваясь на бок.

— Объясни эти закорючки.

Он нехотя взял протянутую книгу:

— Что здесь может быть непонятно?!

— Может быть, буквы? — съязвил я.

— Нормальные буквы, — проворчал Сефер. — Ты в самом деле не знаешь их?

Я исподлобья посмотрел на него.

— Ладно-ладно, смотри…

Сефер подобрал тонкую щепку и принялся чертить на земле:

— Вот это — «А», это — «Б», а это…