… Однако в животе у меня все громче урчит от голода. Ну и, кроме того, мне надо позвонить на работу и узнать, во сколько приходить завтра утром… Плюс еще тысяча подобных мелких дел. «Можно взять почитать этот журнал?» – «Ага, бери. Я уже его прочел», – гениальный диалог, но ни на что другое мы не способны… Наша плоть. Наши голоса. Места, которые нам доступны, и места вне нашей досягаемости, куда никогда – никогда не добраться. Скачут мои мысли, подстегиваемые одновременно ограниченностью и безграничьем.

Думать – это то, что мне остается, но именно поэтому мои мысли и включают в себя все – все – все…

Вот и заканчивается еще один роскошный день, уходит, унося с собой эти картины и эти чувства. Унося с собой мои мысли.

Что бы вы почувствовали, если бы ни с того ни с сего к вам на улице подошел взрослый незнакомый мужчина и окликнул вас: «Эта песня была про тебя. Ты внимательно ее слушала?»

Я так удивилась, что мне показалось, будто я вообще не здесь и все это происходит с кем-то другим. В другом мире, в другом измерении…

Обернувшись на голос, я увидела рядом с собой высокого человека, Позади него алело ясное вечернее небо. На вид человеку было не меньше тридцати пяти, а может быть, и все сорок. Дядечкой не назовешь – слишком для этого молод, но приятелем тоже не назвать – возраст уже не тот. Худой, малозаметный и, по-видимому, одинокий человек. У него были почти прозрачные светло – карие глаза. Как у Кодзуми…

– Не понимаю, о чем вы? – спросила я, тоскливо думая, что, пожалуй, пришла пора прикрывать эту лавочку по набору товарищей со странностями.

– Я о кассете, которую ты, если не ошибаюсь, получила по почте некоторое время назад. Это я ее послал, – сказал он тихо, но отчетливо.

– Ах, вот оно что. Вы об этом… Об этой кассете. Понятно. А могу я узнать, кто вы вообще такой?

– Хочешь знать, как меня зовут?

– Мне наплевать, как вас зовут. Лучше скажите, откуда вы знаете мой адрес, зачем вы прислали мне эту кассету и что все это значит?

– Меня называют Месмером. Просто Месмер, и все. Этого вполне достаточно, – сказал он.

«Здорово! – подумала я. – Сначала Лапша, а теперь Месмер. Замечательно!»

– Я слышал о тебе от твоего младшего брата. Когда он начал о тебе рассказывать, я почему-то сразу вспомнил эту песню. И я подумал, что если сначала послать тебе кассету и этим тебя заинтриговать, то, возможно, потом ты согласишься выслушать меня. Мне очень нужно с тобой поговорить. Я скоро уеду далеко – далеко, но перед этим я хотел бы уладить одно недоразумение, которое произошло между мной и твоим братом. Боюсь, он понял меня превратно.

– А вы, случайно, не знакомы с молодой женщиной, которая называет себя Лапшой? – спросила я.

– Конечно знаком. Канамэ – моя бывшая невеста.

– В таком случае я кое – что о вас слышала, – сказала я, недоумевая, что же такого страшного нашел в этом тихом и спокойном человеке мой брат.

Я представляла себе жениха Канамэ совсем по-другому – молодым и энергичным. А он оказался каким-то малохольным и немолодым. Я растерялась.

Однако он здорово придумал с этой кассетой – сразу видно, что голова у него неплохо работает. Так что надо быть начеку.

– Давай-ка пойдем сядем где-нибудь и немного поговорим. Если у тебя есть время, конечно, – предложил он.

Вообще-то мы договорились с Рюичиро. что сегодня вечером я зайду к нему, но у меня в запасе было еще около часа.

– Часа вам хватит? – спросила я.

– Конечно-конечно, – поспешно ответил он.

Мне не очень хотелось встречаться с Лапшой, поэтому вместо того, чтобы пойти в мое любимое кафе, мы с Месмером завернули в маленькую пивную под открытым небом, которая находилась в двух шагах от станции.

Вечер только начался, и, кроме нас, за столиками почти никого не было. Но зато те, кто был, заказывали пиво не переставая, и одетые в дешевую униформу официанты с озабоченными лицами сновали туда-сюда, едва удерживая в руках огромные пивные кружки, полные золотистого напитка.

На фоне вечернего темно-синего неба, с которого уже почти сошла закатная краснота, высились, поблескивая огнями, небоскребы. Окружающий пейзаж напоминал пазл с недостающими частями в самой середине картинки.

Мы с Месмером выбрали наиболее удаленный от входа столик. Я не представляла, с чего начать разговор. Ёшио и Канамэ говорили об этом человеке очень неохотно, и я почти ничего о нем не знала. А то немногое, что знала, было явно не в его пользу.