– Ах, вот в чем дело, – улыбнулась я. – Тогда все понятно.

Я не врала – мне действительно было понятно. Время, проведенное на Сайпане с Кодзуми, Сасэко и Ёшио, не прошло для меня даром. За тот месяц я многое для себя уяснила. У меня выработался иммунитет на подобные вещи.

– Хорошо, я расскажу вам про Ёшио. Он ушел из обычной школы и сейчас учится в частном интернате для неординарных детей. У них там довольно жесткое расписание, дети все время чем-то заняты. Поэтому у него просто нет времени на прогулки в парке. Кроме того, как я понимаю, их оттуда не очень-то отпускают…

– Что вы говорите… – Лапша удивленно вскинула брови. – Как странно. Впрочем, если ему там нравится, в этом интернате, то все остальное не имеет никакого значения. Я волновалась просто от неопределенности, ведь я же не знала, что с ним – может он снова начал ходить в школу, может, заболел, или переехал, или еще что-нибудь другое… – она неожиданно засмеялась. – Знаете, давайте сделаем так: я дам вам свой адрес и телефон, и, когда вы встретитесь с Ёшио, вы ему их передадите и попросите, чтобы он мне позвонил. Хорошо?

Не дожидаясь моего ответа, она взяла салфетку и записала на ней свои координаты.

«Судзуки Канамэ», – прочла я ее настоящее имя.

– Я все ему передам, не волнуйтесь. – С этими словами я убрала салфетку в сумку.

Прошло несколько дней.

– Это было ошибкой!! Зачем я отдала его в этот гадкий интернат?! – кричала мама вне себя от бешенства. Она только что вернулась с собеседования с директором и никак не могла успокоиться. – Это же какая-то казарма, а не школа! Уж лучше бы он сидел дома и занимался с частными учителями.

В голосе мамы послышались истерические нотки. Надо было срочно как-то ее успокоить.

– Мам, не волнуйся! Неужели все действительно так плохо? – спросила я, думая о том, что уже прошло две недели и на следующие выходные Ёшио наконец-то должен приехать домой. – Там что, детей запирают? Или, может, учителя какие-то не такие?

– Да нет же, нет! Люди там, в основном приятные… Но ты только подумай, директор меня просто замучил расспросами о разводе! Что за бестактность! Какое его дело, я не понимаю! И вообще – это уже в прошлом и нечего об этом вспоминать.

– А как там Ёшио? – решила я сменить тему.

– Он в полном порядке. Говорит, что в интернате ему нравится больше, чем в обычной школе. Завел себе новых друзей.

– Так в чем же тогда проблема? – недоуменно спросила я.

– Проблема в том, что этот интернат мне не нравится! И точка! Почему это я должна ходить туда на дурацкие собеседования?!

– Мам, ну ты чего? У тебя же сын там учится… Ты такое иногда скажешь, просто удивительно.

Мама каким-то непонятным образом сочетала в себе крайнее великодушие и крайний эгоизм.

И тут вдруг вмешалась Микико, которая сидела на диване и смотрела телевизор.

– Тетю Юкико тоже можно понять, – сказала она. – Ведь Ёшио совершенно нормальный мальчик – не даун, не аутист, не больной какой-нибудь. Его даже из школы не выгоняли – он ушел оттуда по собственному желанию. Ну хорошо, он прогуливал, но это же не значит, что он психически нездоров. А в этом интернате большинство детей как раз такие – с отклонениями.

– Вот-вот! – подхватила мама. – Но что я могла сделать?! Ёшио меня просто замучил: «Не хочу ходить в обычную школу. Хочу в интернат». Я пошла ему навстречу, сделала, как он просил. Но теперь я думаю, что, может быть, был еще какой-то выход? Мы наверняка могли придумать что-нибудь получше, чем эта спецшкола… Просто Ёшио сам не знает, что ему нужно.

– Ну хорошо, тогда забери его из интерната и отправь учиться за границу, – сказала я.

– Да ты что? Ты знаешь, сколько это стоит?!

– Ну или забери его из этого интерната и переведи в другой. Для нормальных детей.

– Я как раз об этом думала по дороге домой.

– Только вот есть одна закавыка, – сказала я. – Никак не могу понять, почему Ёшио так хотел именно в эту школу. Может быть, ты знаешь?

– Понятия не имею.

– Вот что – я съезжу его навестить и заодно узнаю, в чем причина. Старшим сестрам не возбраняется приезжать на собеседования?

– Почему бы и нет? Мне кажется, что это вполне нормально. Ну в крайнем случае они тебя отправят домой, и дело с концом, – улыбнулась мама.

С тех самых пор, как мы отправились с Ёшио в нашу первую поездку в Кочи, я все время чувствовала, что теперь в ответе за него.

Перекладывая салфетку с адресом Лапши в записную книжку, чтобы не потерять, я еще больше укрепилась в своем решении поехать в интернат и поговорить с Ёшио.

Собеседования с родными проходили по субботам.

После собеседования я пошла к Ёшио.