— Бульба?

Старикан развернулся ему навстречу, самую малость не потеряв равновесия, но как только увидел Фёдора, лицо его приняло загадочное выражение. Даже не загадочное, а озабоченное… Глаза его шаркнули по сторонам, внезапно он дёрнулся в сторону, словно прикрываясь от кого-то Фёдором, схватил его за рукав и потянул за угол, прошипев в самое ухо:

— Видал слева? Быстро прячься.

Фёдор попробовал было оглянуться, но настойчивый родственник силком втащил его за собой:

— Посмотри, хвоста нет? Хороший ты парень, Фёдор, но дурак. Всё в детство играешь, а ведь в твои годы Гайдар уже полком командовал! Откроюсь я тебе, Фёдор. Я не Сумкин. Я из органов. Мы тебе, Фёдор, пока доверяем. Поэтому готовься, скоро задание получишь. Проверим тебя на вшивость.

Фёдор почувствовал себя одураченным в очередной раз. Досада захлестнула его: повёлся, как малышня, на россказни старого болвана. Он попытался выдернуть рукав из пятерни перебравшего юбиляра, но тот держался на удивление стойко…

Фёдор издевательски дунул тому в нос и рявкнул:

— Бульба, ты часом с косяками не перебрал? Тень сомнения на мгновение мелькнула в глазах

Бульбы, но он тут же собрался:

— Нет. В общем, так. Отзывают меня. Хочу тебя, Фёдор, заместо себя на должность поставить.

Он притянул Фёдора к себе и что-то горячо зашептал тому на ухо…

Высоко в небе над деревней промелькнула неясная тень. В кромешной тьме, без единого бортового огня самолёт-разведчик ВВС США, как всегда, геройски барражировал над чужой территорией в святом для любого янки деле борьбы за мир во всём мире. Пилот сосредоточенно пялился в лобовое стекло и лихо крутил штурвал, старательно объезжая воздушные ямы. По приказу с базы он заложил ещё один круг над деревней — командование не на шутку встревожилось положением дел, когда не обнаружило в селении ни одного мало-мальски захудалого Макдональдса. Уклад жизни карапузов явно представлял угрозу для «мира во всём мире».

Тем временем за углом пивной двое любознательно-вороватых коротышек — Чук и Гек — отчаянно крутили рычаги и ручки на ПЗРК «Стрела», тщетно пытаясь привести установку в боевое действие…

— Чук! Я вот что думаю, — почесав пузо, промямлил раскрасневшийся от пустопорожних усилий Мерин Гек. — Не зря же тут в коробке лежит вот это бумаженция!!!

Он протянул своему подельнику напечатанную на грубой коричневой бумаге «Инструкцию по применению ПЗРК „Стрела" для слушателей младших командирских курсов».

— Хе, — выдохнул Пилигрим Чук. — А ты не так глуп… как туп… приятель… Как же мы сразу не догадались??? Её надо разжечь с помощью этой бумаги!!!

Они тут же приступили к воплощению своей гениальной догадки с утроенной энергией. Впрочем, вопреки ожиданиям, бумага никак не хотела разгораться… И когда уже оба окончательно смирились со своим поражением, когда иссякли запасы сквернословия, Мерин Гек, которому досталась почётная миссия разжигать импровизированный костерок, умудрился поджечь собственную рубаху. Синтетическая отрыжка китайской текстильной промышленности вспыхнула куда лучше, чем инструкция, и Гек за считанные секунды превратился в живой факел.

С рёвом повалившись на землю и отчаянно матерясь, он стал кататься по земле, а Чук не нашёл ничего лучшего, чем «гасить» приятеля первым попавшимся под руку предметом, коим не замедлил оказаться ПЗРИ «Стрела». И уже третий удар оказался «в точку» по всем параметрам: Мерин Гек скорчился в муках велосипедиста, на полной скорости соскочившего с сидения на раму, а ракета ПЗРК ушла в темноту, оставляя красивый огненный шлейф.

Пьяному восторгу селян не было предела. И стар и млад роняли слюни восторга, глядя в прочерченное огненной стрелой небо. Разве что в близлежащих кустах трудились, не поднимая головы, разгорячённые парочки — в этот момент им было не до красот.

Пилот самолёта-разведчика выматерился и полез в карман лётного комбинезона — его раздражала дурацкая шутка приятелей — таких же «летунов», как и он, — установивших ему на мобильник в качестве сигнала зуммер системы предупреждения о наведении ракет. Не переставая рулить, одной рукой он достал «трубу» и тут же вспомнил, что здесь у отсталых коротышек не действовал роуминг — дисплей телефона безмолвствовал.

Он поднял глаза на табло, где мигала контрольная лампочка: «Внимание: ракета».

Пилот лихорадочно защёлкал тумблерами на панели приборов, попутно выходя на связь с центром управления полётом:

— Алё, база, говорит полковник Пауэрс. What the fuck??? Я попал под плотный заградительный огонь!!! Не было такого уговора, за одну зарплату под пули лезть. My ass is on fire!!! Я вам в Гастелло не записывался!!!

Он вжался в кресло, подобрал ноги, сорвал защитную скобу и рванул ручку на себя.

Через секунду от кабины аэроплана отделилось кресло с пилотом.

И почти тут же ракета безошибочно нашла двигатель самолёта-разведчика.