Анджела Мария ди Пьетра-Сантос вовсе не обрадовалась, увидев незваных гостей.

— Итак! — произнесла похожая на карлицу женщина, когда вышла на порог своего маленького домика и встала, подбоченившись. — Опять у сыновей Карла Буонапарте неприятности! Я должна была предвидеть, что когда-нибудь они доведут нас до беды.

Если Летиция и была удивлена тем, что мать знает о причине их приезда, то не показала виду. Ее лицо оставалось спокойным, а улыбка безмятежной. Женщина соскочила с лошади и подошла обнять свою сердитую матушку.

— Так, так…— бормотала старуха. — Достаточно. Снимайте детей с лошадей, они чуть живые от усталости! Ты что, совсем не кормишь их? Они все выглядят словно заморенные цыплята.

С этими словами старуха ринулась снимать детишек с лошади. Когда она поравнялась с Мирей, то внезапно остановилась и вперила в девушку изумленный взгляд. Недолго думая она шагнула к Мирей, взяла ее за подбородок и повернула к себе лицом, чтобы получше разглядеть,

— Так это и есть та самая девушка, о которой ты столько рассказывала? — бросила она через плечо Летиции. — Та, что ждет ребенка? Из Монглана?

Мирей была уже на пятом месяце беременности. Ее здоровье восстановилось, как и предсказывала Летиция.

— Нам надо уехать с острова, матушка! — сказала Летиция. — Мы больше не можем защищать ее, хотя я знаю, что аббатиса хотела бы этого.

— Как много она узнала? — спросила старая женщина.

— Столько, сколько я смогла рассказать ей за такое короткое время, — ответила Летиция, ненадолго задержав свои светло-голубые глаза на девушке. — Однако этого недостаточно.

— Так, давайте не будем обсуждать наши дела на улице! Не хватало еще, чтобы все узнали! — воскликнула старая женщина.

Она повернулась к Мирей и заключила ее в объятия.

— Ты пойдешь со мной, девочка. Возможно, Элен де Рок и просветит меня, что делать дальше, но для этого ей надо регулярно отвечать на наши письма. Я не получила от нее ни строчки за все то время, что ты была на Корсике. Сегодня, — продолжила она с таинственной улыбкой, — я пойду договорюсь о корабле, который отвезет тебя к моему другу. Там ты будешь в безопасности, пока все не закончится.

— Но, мадам, ваша дочь не завершила мое обучение, — возразила Мирей. — Если я должна все время убегать и прятаться до конца битвы, это повредит моей миссии. У меня нет возможности ждать дольше…

— Кто просит тебя ждать? — Старуха слегка ткнула Мирей в живот и улыбнулась. — Кроме того, мне надо, чтобы ты отправилась туда, куда я тебя посылаю. Не думаю, что ты станешь возражать. Этот человек будет охранять тебя, он уже ждет твоего приезда. Его зовут Шахин. Это лихое имя, по-арабски оно означает «сокол-сапсан». Он и продолжит твое обучение в Алжире.

Дорога петляла по берегу моря, на каждом повороте открывался захватывающий вид. Подножия скал тонули в тучах брызг, а выше, там, куда не доставали морские волны, камни густо заросли лишайником и мелкими цветущими растениями. Золотистые бутоны ледяника покачивались среди кружевной вязи заостренных листьев, выстилающей скалы поверх соляной корки. Море отливало глубоким зеленым цветом. Цветом глаз Соларина.

Да, пейзаж был прекрасен, но я не могла оценить его красоту по достоинству. Прошлая ночь принесла слишком много загадок, предположения и версии толкались у меня в голове, норовя оттеснить друг дружку. И пока такси несло меня по открытой эстакаде в Алжир, я решила воспользоваться этими минутами, чтобы привести мысли в порядок.

Каждый раз, когда я пыталась сложить два и два, у меня получалось восемь. Восьмерки были повсюду, куда ни посмотри. Сначала на них указала предсказательница, когда намекнула на мой день рождения. Потом Мордехай, Шариф и Соларин дружно принялись твердить, что это, дескать, магический знак. Русский вообще заявил, что на моей ладони не только линии образуют восьмерку, но и присутствует некая загадочная «формула восьми». И с этими словами он растворился в ночи, забыв вернуть ключ от номера и предоставив мне Шарифа в качестве провожатого до отеля.

Шариф, разумеется, очень хотел узнать, кто был этот красавец, который привел меня в кабаре, и почему он так неожиданно исчез. Я расписала ему, как лестно для простой девушки вроде меня, когда ей назначают не одно, а целых два свидания в первый же вечер после прибытия на чужой континент. Больше ничего я объяснять не стала, предоставив Шарифу делать выводы самостоятельно. Он и его головорезы подвезли меня до отеля в военном джипе.

Когда мы добрались до гостиницы, выяснилось, что ключ от комнаты оставлен у портье, а велосипед Соларина исчез из-под моего окна. Поскольку с мыслью хорошенько выспаться все равно можно было попрощаться, я решила посвятить остаток ночи небольшому научному исследованию.