Джеральдина смотрит на лицо Джемаймы. На ее бархатистую кожу, которой она придала золотистый оттенок с помощью невообразимо дорогой крем пудры. На ее зеленые глаза, большие и блестящие благодаря умелому нанесению теней для век, подводки и специальным каплям для глаз, проясняющим взгляд. На пухлые, чувственные губы, которые стали еще более чувственными с помощью контура, помады и блеска. И наконец, на ее волосы, которые Джеральдина собрала во французский пучок, выпустив несколько прядей по обе стороны лица.

— Ты выглядишь замечательно, — шепчет мне на ухо Джеральдина. Подходит и вытирает маленький след от помады на щеке, который, честно говоря, никто кроме нее, не заметил бы.

— Джемайма! — сердце начинает биться вдвое быстрее, когда ко мне подходит Бен и обнимает меня ной рукой. — Я уже думал, ты не придешь.

Он думал обо мне! Беспокоился обо мне! Волновался, приду ли я! Это уже прогресс.

Ко мне возвращается самообладание. Встречаюсь с Беном взглядом. Мне хочется, чтобы он заметил, как хорошо я выгляжу, увидел новую Джемайму Джонс хочется, чтобы ему понравилась новая Джемайма, и он бы в меня влюбился. Но Бен просто говорит:

— Хочешь шампанского?

Протягивает мне бокал шампанского, смотрит через мое плечо и произносит:

— Диана! Я так рад, что ты пришла.

— Разве я могла пропустить такое? — отвечает Диана Макферсон, пробираясь через толпу. Все расступаются, пропуская ее, потому что, в конце концов, Диана Макферсон — настоящая знаменитость в мире масс-медиа.

Я с ужасом наблюдаю, как Диана собирается поцеловать Бена в щеку. Но потом, как видно, передумывает, выпрямляется и протягивает руку. Бен мягко пожимает ее. Уф.

— Давайте я вас со всеми познакомлю, — говорит Бен, поворачиваясь сперва к редактору. Тот так поражен встречей с самой Дианой Макферсон, что широко раскрыл рот и глотает воздух, как рыба. Диана обменивается с ним рукопожатиями. Но только Бен собирается представить ее Джеральдине, как она поворачивается к нему и произносит:

— Пойдем выпьем и поговорим наедине.

Бен пожимает плечами и покорно следует за ней к бару.

— Сука! — шипит Джеральдина, которая чувствует себя униженной. Джеральдина всегда говорит вслух то, что все думают, но не осмеливаются произнести.

— Не волнуйся, — успокаиваю я ее. — Уверена, она ничего лично против тебя не имеет.

Но естественно, это неправда. Я-то видела, как Макферсон окинула Джеральдину холодным, оценивающим взглядом. О Диане ходят слухи, что она не очень-то любит женщин, особенно таких привлекательных, как Джеральдина.

— Не обращайте внимания, — мы слышим чей-то голос у нас за спиной. — Диана — сама себе хозяйка, и иногда может показаться очень грубой.

Мы поворачиваемся и видим молодого красивого парня в потертых джинсах и хлопковой рубашке.

— Не обращайте внимания, — еще раз повторяет он. — Меня зовут Ник. Я пришел с Дианой.

Сказав это, Ник протягивает руку Джеральдине и смотрит ей в глаза чуть дольше, чем того требуют приличия. Потом быстро пожимает мою руку, заставляя меня почувствовать себя здесь абсолютно лишней.

— С Дианой? — Джеральдина поднимает бровь. — То есть вы ее… — она выдерживает паузу. — …вторая половина?

— Ну уж нет, — смеется Ник. — Скорее случайный знакомый.

— Не самое подходящее место для свидания, — дразнит его Джеральдина, и мне кажется, я слышу кокетливые нотки в ее голосе.

— Да, но позднее я обещал пригласить ее на ужин. Вы работаете на телевидении? — отваживаюсь и встреваю в разговор, пытаясь быть вежливой, но ощущая себя совершенно ненужной.

— Нет, — он смеется и покачивает головой. — Знаете сеть магазинов «Кат Гласс»?

Кто же не знает. Маленький, необычный магазинчик оптики, в котором продавались модные, экстравагантные очки со временем превратился в одну из самых крупных, а может, и в самую крупную сеть магазинов оптики по всей стране.

— Так вы — специалист по подбору очков, — Джеральдина произносит это не с вопросительной, а с утвердительной интонацией. Ее глаза тускнеют, и она тут же пытается придумать тысячу способов, как бы от него избавиться. Улыбаюсь про себя и пытаюсь представить ее ход мыслей. Симпатичный парень думает она, но скучный.

— Нет, — с усмешкой отвечает Ник. — Не совсем.

О боже, представляю, что думает Джеральдина. Все еще хуже: он не оптик, а обычный продавец!

— Это моя компания, — неохотно признается он после напряженной паузы.

— Что значит — ваша компания?

— Она принадлежит мне, — повторяет он.

— О боже! — Джеральдина бледнеет. — Так вы — Ник!

Ник непонимающе уставился на нее.

— Я же сказал, что меня зовут Ник.

— Да, — она кивает головой. — Но вы же Ник Максвелл, я все про вас знаю!