В данной ситуации все оказалось не так просто. Разумеется, Виолетту шокировало поведение Джеффа, но он не смог придумать ничего лучшего.

– Мистер Браун уже здесь, – не поворачиваясь, произнесла Виолетта, но Джефф заметил, как напряглась ее спина.

– Поговорите с ним.

Виолетта умоляюще посмотрела на него, призывая придумать что-либо другое и не втягивать ее в этот спектакль. Но Джефф был неумолим. Остановив устремившуюся было вперед Эсси, он резко приказал:

– Идите.

Виолетта бросила на Джеффа гневный взгляд и пошла навстречу Гарольду Брауну.

Эсси все-таки подбежала к окну и теперь, закусив нижнюю губу, наблюдала, как воспитательница беседует с отцом. Джефф понимал, что нужно немедленно поговорить с девочкой, надавить, но не мог этого сделать. Он просто сидел и ждал.

Между тем Виолетта и мистер Браун достигли дороги, поговорили еще немного, после чего отец Эсси пошел по направлению к городу.

– Аурелия и Джульетта хотели покататься верхом, – наконец призналась Эсси. – Они пообещали что, если я расскажу об этом, никогда больше не будут защищать меня от Бетти Сью.

– Куда отправились близнецы?

– Куда-то, где много лошадей, – пожала плечами Эсси.

– Но куда именно?

– Не знаю.

– Кого они собирались повидать?

– Не знаю.

– Вспомни, близнецы ничего не говорили о своих кузенах?

В ответ Эсси лишь покачала головой.

– Может, они упоминали имена? Джеймс или Тейзвелл?

Эсси опять покачала головой, приведя Джеффа в отчаяние. Времени оставалось очень мало. Он не мог не принимать во внимание, что близнецов могли похитить с целью получения выкупа: всем известно, как богаты Рандольфы.

– Может, ты хоть что-то вспомнишь? Пожалуйста, подумай.

Какое-то время Эсси не сводила глаз со своего отца, затем повернулась к Джеффу.

– Аурелия сказала, что хочет покататься на Найтмаре, а Джульетта ответила ей, что дядя Монти вряд ли притащит сюда, на ранчо, свою лошадь.

С плеч Джеффа словно свалился груз. Ну, конечно, близнецы отправились на ранчо Мэдисо-на. Моля Бога, чтобы эти чертовки благополучно Добрались туда, Джефф подошел к двери и окликнул Виолетту. Она в свою очередь позвала мистера Брауна. Отец Эсси тут же повернул обратно к школе.

– Твой папа будет здесь через минуту, – произнес Джефф. – Прости, что мне пришлось так поступить, но маленьким девочкам очень опасно оставаться одним.

– Папа будет сердиться на меня? Интересно, что Виолетта сказала мистеру Брауну, подумал Джефф, а вслух ответил:

– Думаю, нет. А вот на близнецов – да. Мы все будем на них сердиться.

– Но ведь я дала слово.

– Если кто-то поступает неправильно, это не считается.

Похоже, эти слова вряд ли убедили Эсси, но ей очень хотелось ему верить.

– Почему же ты не встречаешь папу? – спросил Джефф. – Я уверен, мисс Гудвин не будет возражать.

Эсси тотчас упорхнула из кабинета, словно выпущенная из клетки птичка. Джефф медленно направился следом. Признаться, ему вовсе не улыбалось провести следующие двадцать минут в одном экипаже с рассерженной Виолеттой.

– Вас никто не заставляет применять подобных 1 методов, – заметил Джефф после того, как они проехали десять минут в напряженном молчании. – И перестаньте смотреть на меня, словно вы надкусили кислый гранат.

Виолетте не хотелось говорить сейчас о своих чувствах. Сначала ее рассердило, а потом просто взбесило поведение Джеффа и собственное участие в столь неприглядном спектакле. Однако, хотя ей и не нравились его методы, он добился цели, а она – нет. Не следовало также забывать и о том, что близнецы были племянницами Джеффа. Вполне естественно, что он больше беспокоился о них, чем о чувствах Эсси. Признаться, Виолетта в данный момент чувствовала то же самое: Эсси находилась в безопасности, а близнецы – неизвестно где. Лишь бы только они добрались до ранчо живыми и невредимыми!

– Какая разница, что я думаю, – пожала плечами Виолетта. – Дело сделано. И что бы я ни сказала, уже ничего нельзя изменить.

– Значит, вы собираетесь сидеть, упиваясь своей злостью? Как это похоже на женщин: использовать молчание, чтобы заставить мужчину чувствовать себя виноватым, раз этого не удалось добиться с помощью слов.

– У меня и в мыслях не было заставлять вас чувствовать вину, – спокойно возразила Виолетта, твердо решив не выходить из себя. – Впрочем, как и в дни карантина, когда ваше упрямство и скверный характер вынуждали вас вести себя самым безобразным образом. Вы делали все возможное, чтобы расстроить меня и девочек, бегая перед нами полуодетым. Тем более я не собираюсь делать этого сейчас, хотя, признаться, предпочла бы, чтобы вы нашли другой способ. Но в таких обстоятельствах, разумеется, было важнее добиться цели, чем думать о чувствах Эсси.