— Я сам не понимаю, — Джейк вышагивал по маленькой комнате, нервный сгусток энергии. — Думаю, я ожидал увидеть женщину, которая покинула наше ранчо более двадцати лет назад. Я ненавидел эту женщину. Был готов обвинить во всем, что случилось с тех пор. Я и пытался обвинять.

— Что случилось?

— Миссис Исаак Стюарт не похожа на мою мать. Даже ведет себя по-другому. У нее есть сын, точная копия моего брата Дэвида. Я был так ошеломлен, что к тому времени когда встретился с ее мужем, уже ничего не чувствовал.

— Ты спросил, почему она уехала?

— Да, и она сказала, что понимает мои чувства и, вероятно, чувствовала бы то же самое. Оказывается, она хотела взять Дэвида и меня с собой, но отец не позволил. Он обманул ее — сделав предложение, обещал, что они будут жить в Сан-Антонио. Потом передумал и не разрешал даже навещать родных. А когда она ушла, то почти пятнадцать лет писала нам, но отец всегда возвращал письма. Мать показала их мне. Больше сотни. Мать сказала, что написала бы мне, если бы знала о смерти отца. Последнее, что она слышала о нас, — Дэвид и я ушли на войну, а ранчо заброшено.

— Это не объясняет, почему ты вдруг решил жениться на мне.

Джейк усмехнулся своей хитрой усмешкой, которая заставляла желудок Изабель кувыркаться.

— Ты не веришь, что я понял свою ошибку? Изабель чуть не рассмеялась.

— Я говорила тебе об этом все время, с тех пор как мы встретились, и это ничего не меняло.

— Я рассказал матери о тебе. Она назвала меня дураком и сказала, что смогла бы жить на ранчо, если бы любила отца. Может быть, осталась бы, если бы он любил ее. Но не могла вынести мысли о том, что придется прожить всю оставшуюся жизнь без любви.

Джейк подошел к Изабель, протянул обе руки. Та вложила в них свои, и он притянул ее к себе.

— Я тоже не могу и решил все еще до разговора с матерью. Даже решил, что смогу переехать в Остин, если это будет необходимо.

— Ты не смог бы жить там.

— Если ты можешь жить на ранчо, я могу жить в Остине.

— Фактически, теперь, когда я решила, что делать дальше, предпочитаю жизнь на ранчо. Наверное, судьба вела меня. Почему бы еще я нашла дорогу из Саванны в Новый Орлеан, в Остин, на твое ранчо? Должно быть, во мне есть какая-то капля крестьянской крови. Тетя Дейрор пришла бы в ужас, она всегда подчеркивала, что в моих венах течет благородная английская кровь.

— Так ты выйдешь за меня?

Джейк попытался прижать девушку к себе, но Изабель уперлась руками ему в грудь.

— Мне кажется, ты кое-что забыл.

— Что?

— Если спрашиваешь, то, может быть, и не забыл. Возможно, этого просто нет.

— Чего? — Джейк выглядел расстроенным. — Я перечислил ранчо, еще одно стадо на продажу, усыновление ребят, попросил Уорда остаться с нами. Что еще?

Изабель сняла руки Джейка со своей талии.

— Начинаю все больше понимать чувства твоей матери, — она открыла дверь и отступила. — Возвращайся вниз. Думаю, нам больше нечего сказать друг другу.

— Что?! Что ты говоришь?! — закричал Джейк. — Я не хочу идти вниз! Мальчишки убьют меня.

— Если ты делаешь это ради них…

— Нет, не только. Я никуда не хочу идти без тебя. Я люблю тебя! И хочу жениться на тебе!

Изабель застыла.

— Повтори. — Что?

— То, что сказал.

— Я хочу жениться на тебе!

— Нет, другое.

— Какое другое? — Джейк схватил ее за плечи. — Ты сводишь меня с ума! Я хочу жениться на тебе. Не хочу никуда идти без тебя. Я люблю тебя. Я…

— Вот! Ты снова сказал это!

— Что сказал? — казалось, он был готов рвать на себе волосы.

— Не помнишь?

— Конечно, помню. Я попросил тебя выйти за меня замуж.

— Не то!

— Так что же, черт подери? Скажи, и я повторю. Только не мучай больше!

— Хочу, чтобы ты сказал, что любишь меня.

— Конечно, люблю. Ты это знаешь.

— Но я хочу, чтобы ты сказал это.

— Я люблю тебя.

— Еще.

— Я люблю тебя!

— Еще.

— Я могу сделать кое-что получше.

Джейк пинком закрыл дверь и поцеловал Изабель в губы.

— Вот, — сказал он, тяжело дыша. — Я люблю тебя! Теперь ты мне веришь?

Изабель была уверена, что ее улыбка выглядит глупой и одурманенной, но ей было все равно. Это было в точности то, что она чувствовала.

— Да, но тебе скоро придется сказать это снова.

— Что мы будем делать до этого?

— Придумай что-нибудь подходящее.

— А Уорд и мальчики?

— Какой Уорд? Какие мальчики?