Шрифт:
– Мы никогда раньше такого не видели! – всплеснули многочисленными ручками копачи. – У нас в подземельях такого отродясь не было! Огромное, зеленое, страшное!
– Значит, у вас такого не было?
– Не было, не было! – повторяли изумленные человечки. – Это какое-то новое чудище!
– Вот как? Говорите, новое?.. – Баюн не сводил глаз с мальчика.
Тому стало как-то неловко от пристального взгляда робота.
– Ну, чего ты на меня уставился?
– А то, что держи язык за зубами! Не сболтни чего-нибудь лишнего!
– При чем здесь я? – удивился Андрей.
– Жаба появилась именно в тот момент, когда ты пожелал, чтобы кто-нибудь поохотился на шмелей.
Крылатый ежик перебрался к мальчику на плечо и довольно заворочался.
– Шмель-мясоед летит! Осторожно, королева! – Самтытакой схватил копье и выставил его острием вперед.
Со стороны болота, зловеще жужжа, приближался шмель-мясоед. Был он, правда, несколько меньше своих собратьев и какой-то желтоватый. Он подлетел совсем близко и завис в воздухе, не взмахивая крыльями.
– Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел… Ж-ж! – Шмель шлепнулся на землю и превратился в веселого, хитро щурящегося колобка.
– Ох, колобок! – Андрей облегченно вздохнул. – А мы испугались!
– Нужно спешить в Сад кристаллов – проверить, все ли там в порядке, – напомнили копачи.
Подсвечивая мерцающими зелеными фонариками, Самтытакой, Хочуспать, Тортик и Рыжий Нос направились по подземному ходу. Друзья последовали за ними.
Но не успели они пройти и десятка шагов, как откуда-то из глубины коридоров послышался тревожный вопль, который во сто крат усилило эхо.
– Ой-ой-ой-ой!!!
Стены подземных коридоров вздрогнули. Посыпалась земля, грозя обвалом. Вопль давно уже стих, а стены все еще вздрагивали.
– Что это было? – прошептала Лависса.
– Ойкающий овраг! – ответил Тортик. – Кто-то пытается перейти его по Качающемуся мостику.
Глава 21
ОЙКАЮЩИЙ ОВРАГ
Пока друзья воевали со шмелями-мясоедами, Грохотун, Крокс и попугай прыгали вокруг гриба-великана. Киборги размахивали руками, колотили себя кулаками в грудь, кричали: «Ого-го!» – и вообще веселились, как могли.
Порой гриб-великан вздрагивал, и пещера окутывалась опьяняющим облаком. Единственным, на кого одуряющее дыхание гриба действовало меньше, чем на остальных, был попугай. Трудно объяснить, почему это происходило. Возможно, в его модели использовалось меньше минералов, имитирующих органическую структуру.
– Пора отсюда выбираться, а то можно затанцеваться до самоуничтожения! – решил попугай, наблюдая, как Крокс и Грохотун уже который час безостановочно прыгают вокруг гриба в диком пиратском танце.
Их броня раскалилась, самоподзаряжающиеся энергетические батареи едва справлялись с огромной нагрузкой, из слуховых динамиков вился легкий дымок. Еще немного – и они вышли бы из строя.
Попугай уселся на плечо капитану и закричал ему в ухо:
– Уходим! Уходим отсюда! Или мы погибнем!
Но Крокс не слышал или не хотел прислушиваться к советам птицы.
– Отстань! Не бубни! – Он стряхнул попугая с плеча, едва не сломав ему крылья, и продолжил свои безумные прыжки и выкрутасы. Дымок из искусственного уха пирата усилился. Охладители работали в экстренном режиме и вот-вот должны были взорваться.
Тут попугай решился на последнее средство. Если и оно не сработает, тогда конец: Крокса уже не спасти. Он взлетел на гриб и закричал что было силы голосом корабельного робота:
– Опасность разгерметизации! Опасность разгерметизации! Всем срочно покинуть отсек! До разгерметизации пять секунд! Четыре секунды… Три…
Крокс и Грохотун замерли, а потом, подталкивая друг друга, помчались к ступеням.
– До разгерметизации две секунды! – кричал им вслед довольный попугай. Он знал, что в программу любого андроида или киборга введен блок самосохранения, куда одной из первых включена команда покинуть отсек при угрозе разгерметизации. В космосе нет ничего опаснее разгерметизации. Больше половины звездолетов погибают именно по этой причине.
У Крокса и Грохотуна была великолепно отработанная реакция. Они неслись по лестнице, перескакивая через три ступени. За ними летел попугай и, подстегивая их, повторял:
– До разгерметизации две секунды… Одна секунда!
Взбежав на самый верх лестницы, пират и робот ворвались в пролом за мгновение до предполагаемой разгерметизации. Они бросились на пол и закрыли головы руками в ожидании сильного взрыва, обычно происходившего сразу после того, как в обшивке корабля появлялась хоть малейшая трещина.