Одна за другой поднимаются антенны, выражая одобрение. Потоп не смыл их решимости.

Один деист поворачивается к 103683-му и указывает ему на кокон от бабочки:

А ты должен отправиться в путь. Ради этого. Доведи этот поход до края мира. Так надо для миссии Меркурий.

Попробуй привести с собой пару Пальцев, — просит другой, — мы будем ухаживать за ними и посмотрим, смогут ли они размножаться в неволе.

Самый младший в группе, 24-й, просится в поход с 103683-м. Он хочет увидеть Пальцы, понюхать их, может, даже потрогать. Доктора Ливингстона ему мало. Он всего лишь переводчик. А так хочется прямого контакта с богами, пусть даже уничтожая их. Он настаивает, он пригодится 103683-му, например, будет держать кокон во время битв.

Остальных мятежников удивляет такая кандидатура.

Почему, что не так в этом муравье? — спрашивает 103683-й.

Молодой 24-й не дает им ответить и упрашивает солдата взять его с собой в эту новую одиссею.

103683-й принимает это предложение и больше ни о чем не спрашивает. Запахи поблизости сообщают ему, что ничего особо страшного в этом 24-м нет. Он сам узнает во время путешествия, из-за какого «изъяна» над ним подтрунивают товарищи.

Но тут еще один мятежник просится в путешествие. Это 23-й, старший брат 24-го.

103683-й обнюхивает его и одобряет. Эти добровольцы будут для него желанными помощниками.

В поход выступят завтра утром с первыми лучами солнца. Два брата, 23-й и 24-й, просто должны ждать здесь.

Профессор Максимилиан Мак-Хариос уверен: он слышал шум, там, в ногах своей кровати. Что-то разбудило его, он напряженно замер. Потом включил ночник и приподнялся. Сомнений нет: одеяло тряслось мелкой дрожью.

Но ученый такого уровня не позволит себя напугать. Встав на четвереньки, он полез под простыни головой вперед. Сначала он улыбнулся, его развеселило и заинтриговало то, что могло вызвать эти движения. Но когда ОНО напало на него, то, оказавшись в этой тряпичной пещере, он не успел даже защитить лицо.

Если бы в этот момент кто-то оказался в номере, он решил бы, что поверхность кровати так оживленно шевелится в ночь любви.

Но то была не ночь любви. То была ночь смерти.

Мутация: После аннексирования Тибета туда переселились китайские семьи, чтобы показать, что эта страна также населена китайцами. Но в Тибете трудно переносить атмосферное давление. С непривычки оно вызывает головокружения и отеки. Возникла психологическая загадка: китайские женщины оказались не способны там рожать, тогда как тибетские женщины без осложнений рожали в самых высокогорных деревнях. Все происходило так, будто тибетская земля отторгала пришельцев, органически непригодных для проживания на ней.

На рассвете солдаты начинают собираться там, где когда-то были ворота номер 2, теперь от них осталась лишь куча раздавленных мокрых веточек.

Те, кому холодно, делают небольшую разминку. Другие точат мандибулы или вспоминают боевые приемы и военные хитрости.

Наконец над увеличивающейся численно армией поднимается солнце, сверкают кирасы. Все ликуют. Все понимают: наступает великий момент.

Появляется 103683-й. Многие узнают его и приветствуют. Рядом с ним два брата-мятежника. 24-й несет кокон бабочки, сквозь который смутно виднеется что-то темное.

Что в этом коконе? — спрашивает один воин.

Еда всего-навсего, — отвечает 24-й.

Появляются жуки-носороги. Пусть их осталось всего тридцать, они все равно производят впечатление! Все сгрудились и любуются ими вблизи. Все хотят увидеть, как те взлетают, но они объясняют, что делают это только тогда, когда это действительно необходимо. А пока они, как и все, будут передвигаться по земле.

Пересчитываются, подбадривают друг друга, поздравляют, подкрепляются. Распределяют медвяную росу и лапки утонувшей тли, собранные среди мусора. У муравьев ничего не пропадает. Поедают даже яйца мертвых нимф. Намокшие, как губки, куски мяса ходят по рядам, просушиваются, потом жадно поглощаются.

Как только покончили с этой холодной говядиной, настойчивый сигнал приказывает армии подравняться для марша. Вперед, в поход против Пальцев!

Отправление.

Муравьи продвигаются длинной процессией. Бел-о-кан направляет свою вооруженную руку на запад. Солнце лучится приятным теплом. Солдаты запевают древний пахучий гимн: