Шрифт:
В один из приездов, уже на обратном пути, подходя к железнодорожной станции, оглянулся – где-то моя дача? Смерил глазами километр, делающий из телевизионной антенны на крыше канцелярскую скрепку, и сказал себе: «Продай, пока не поздно. Этому нужен хозяин».
Я умножил мои годовые расходы с прицелом на четверть века – страховался – и получил желаемую стоимость. Через маклерскую контору дал объявление. Они нашли такого покупателя, в очках. Типичный земский врач Антон Чехов, только разбогатевший на пластических операциях. Он тоже всего боялся. Взаимный страх сблизил нас.
Мы посетили дачу. Маклер усердно помогал, до небес возносил добротную ее начинку: камин, газовую печку, мебель, настенные часы, огородный инструмент и прочий нужный хлам.
Венчающим украшением оказалась милая библиотечка: фантастика с церковной позолотой на потрепанных корешках, оранжевые, как апельсины, томики Майн Рида – Кампф подразумевался. Покупатель согласился и на внутреннее убранство.
Славный врач чеховской бородкой не симулировал порядочность – сделка прошла отлично. Не забыть лишь волнения, с которым принимал деньги. Точно младенца-сына я держал в руках мое благополучие на двадцать пять лет вперед, такое хрупкое, слабенькое, розово-кричащее. Его можно было лишиться в любую минуту.
Выручку я сокрыл с изощренностью Кощея: деньги в кульке, кулек в огнеупорной ткани, ткань в стальной коробке под паркетиной, прижатой громоздкой ступней векового шкафа.
Укрепил двери, поменял замки и старался поменьше отлучаться из дому. И, несмотря на это, чувствовал, что богатство нуждается в стороже, вооруженном не только ушастой шапкой и колотушкой, но и верной берданкой.
Желание владеть оружием окуклилось. Кокон зрел в трупной почве криминальных сводок. Уже ночами виделся грядущий продавец, такой усатый бедолага прапор, козыряющий от робости даже собственной тени, голодных детишек ради, готовый дешево уступить складские излишки…
Продавец разложил на белой фланельке свой убогий тройной ассортимент. Слева направо.
Номер первый – пистолет системы Макарова, год выпуска неизвестен, общая длина 160 мм, длина ствола 93 мм, вес 730 граммов, калибр 9 мм, в магазине восемь патронов. Условная цена – четыреста долларов.
Номер второй – пистолет системы Токарева: 1942 год, общая длина 195 мм, длина ствола 116 мм, калибр 7,62 мм, вес 850 граммов, магазин – восемь патронов. Условная цена – триста пятьдесят долларов.
И номер три. Счастливый лот. Третий брат. Добродушный фартовый дурачок. Как в русских сказках с хорошим концом. Револьвер системы нагант. Тула, 1936 год, общая длина 234 мм, длина ствола 114 мм, калибр 7,62 мм, вес 750 граммов, барабан на семь зарядов. Условная цена – двести семьдесят долларов.
Считать-то надо было справа налево. Тогда бы я был жив.
– Наган, – сказал продавец. – Со склада. Целка.
С этими словами расторопного купчины попытался эффектно крутануть ребром ладони барабан. Товар предал его – барабан не зажужжал, не завертелся.
В смятении он бросил нагант обратно на фланельку…
Ах, этот давний спор: что лучше? Револьвер неприхотлив, прост в конструкции, всегда готов к стрельбе. Не нуждается в предохранителе. Но! Меньшее число зарядов по сравнению с пистолетами.
Впрочем, браунинг 1900 года, калибр 7,65 мм и знаменитый американский кольт, модель 1911А1, калибр 11,43 мм, насчитывали в магазине также семь патронов – как и в револьвере нагант. А что говорить о карманных пистолетиках, имевших всего шесть патронов в магазине… Шесть, как в стандартном револьвере.
Но, по большому счету, разница в один-два патрона ничего не значит. Скорость перезаряжания – вот он, серьезный недостаток револьверов. Снарядить барабан или вставить новый магазин? Минута или пять секунд? И револьверы, конечно, не так скорострельны, как автоматические пистолеты. Мускульные затраты на каждый выстрел отнимают драгоценное время…
Прод'aвец взялся за «токарева»:
– Ствол чистый, не сомневайся.
Наученный прежним неудачным трюком, выкрутасов с пистолетом не устраивал. Подержал да на место положил. Испачканные в оружейной смазке пальцы детским движеньем вытер о штанину.
– Возьми, братец, «макаров», – сказал прод'aвец, – к нему патронов завались. И достать их легко.
– Так он у тебя, братец, самый дорогой, – отвечаю.
– Бери наган, он подешевле остальных. За двести пятьдесят отдам.
А у меня в голове будто все оружейные отцы-основатели – Коровин, Дегтярев, Воеводин, Стечкин – разом запели:
Калибр 7,62 – едва ли не минимальныйдля обеспечения надежной самозащиты.Калибр 9 мм является оптимальнымс точки зрения поражающей способности пули.Применение в военных образцах калибраменее 9 мм вызвано не баллистическими,а экономическими соображениями.Аминь.