— Дипп, это твоя рапира. Я узнал рукоять. Тот взглянул:

— Да, точно. Но откуда она у этого мерзавца? Я потерял ее в пещерах.

Бурбл помолчал мгновение, а потом радостно заявил:

— А я понял, да, да! Твоя рапира не такая тяжелая, как меч Позднецвета, поэтому течение ее просто протащило под горой и занесло в эту реку. Наверняка этот негодяй нашел ее где-нибудь на отмели!

Дипплер поднял половинку рапиры и швырнул ее в глубь реки, где течение тотчас подхватило ее и понесло дальше.

— Наверное, ты прав, Бурбл. Да и какая теперь разница? Никакая рапира не выдержит удара меча Мартина Воителя.

Позднецвет вложил меч в ножны.

— Ты прав, Дипп! Рапира не перерубит этот меч! Через некоторое время они пошли вниз по реке. Они шли быстро и к ночи успели уйти от горы довольно далеко. Позднецвет совсем уж было собрался предложить остановиться, как Бурбл приложил палец к губам, призывая друзей к молчанию. Они молча застыли на месте. Бурбл прислушивался. Потом он показал на большой клен:

— Оставайтесь здесь, возле этого дерева. Я скоро вернусь. Не высовывайтесь, пока я не осмотрю все вокруг.

Позднецвет сжал лапу Бурбла:

— В чем дело? Что случилось? Почему ты нам не говоришь?

Водяная мышь показала на реку:

— По запаху там, впереди, что-то вроде болота. Да, да, я знаю такой тяжелый запах. Но есть там еще нечто, и это нечто мне очень не нравится!

Бельчонок вынул из ножен меч:

— Один ты туда не пойдешь. Что бы там ни было, Бурбл, пошли вместе! Давай потихоньку.

День плавно перетек в вечер, когда наконец они увидели болотце справа. На самом деле река здесь просто расширялась, образовывая пруд, который почти весь зарос тиной. Но на другом конце виднелась протока, и там река снова становилась чистой. Здесь царил аромат лилий, купальницы, камышей, и этот запах смешивался с запахом чего-то гниющего. В сонной тишине неожиданно громко прозвучал голос Дипплера:

— Фуу, чем это здесь так пахнет, а, Бурбл? Бурбл оглянулся на друзей и шагнул в густые заросли камыша.

— Что-то здесь похуже, чем просто прелые растения…

Они пошли дальше, обходя камыши и стараясь наступать на моховые кочки, чтобы не утонуть в вонючей болотной жиже. Бурбл направлялся к сломанной иве, стоящей на краю болотца.

— Оттуда запах сильнее… Аааааа!

Бедняга буквально уткнулся в полусгнивший скелет водяной крысы, который болтался на ветке. Казалось, череп следит за друзьями пустыми глазницами и насмехается.

Позднецвет похолодел:

— Так вот чем тут пахнет…

Сссссс! Бац! Неизвестно откуда вылетело два копья. Одно из них воткнулось в землю прямо перед Дипплером, другое пролетело, едва не задев голову Позднецвета. Послышалась барабанная дробь, и в воздухе засвистели новые копья. Бурбл увидел целую армию ящериц, тритонов и жаб, которые преграждали им путь.

— Они убьют нас! Бежим!

Под лапами захлюпала жидкая грязь, друзья перепрыгивали с кочки на кочку, с одного сгнившего бревна на другое. Увидев, что жертвы убегают, преследователи подняли вой и рев. Позднецвет, Дипплер и Бурбл бежали по болоту, крепко держась за лапы. Топот погони раздавался все ближе и ближе. Бурбл споткнулся и полетел лицом в грязь. Кашляя и отплевываясь, он крикнул:

— Бегите! Спасайтесь! Я больше не могу! Дипплер подхватил водяную мышь за шкирку:

— Бежим только вместе! Шевелись!

Задыхаясь и оступаясь на каждом шагу, они потащили Бурбла. Наперерез бросились две жабы и ящерица с копьями наготове. Вцепившись друг в друга, Дипплер, Позднецвет и Бурбл бежали прямо на них. Не успели те поднять копья, как наши друзья смели врагов и промчались прямо по их телам. Позднецвет почувствовал, что наступил на мягкий живот жабы. В другое время бельчонку бы стало плохо от омерзения, но сейчас было не до этого. Они уже мчались по лесу, петляя между деревьями, уворачиваясь от копий, которые то и дело свистели в воздухе. Позднецвет понимал, что долго не выдержит этой гонки, — надо было найти место, чтобы спрятаться. На пути у него оказался полусгнивший ствол клена, дерево давным-давно рухнуло, и теперь его покрывал ковер прошлогодних листьев.

— Туда, туда, скорее под дерево!

Они нырнули в спасительное убежище, стараясь листьями и полусгнившей корой скрыть его. Друзья лежа-

ли, вдыхая омерзительный запах гнили, и старались не шевелиться, чтобы не выдать своего присутствия. Их сердца стучали так сильно, что можно было только удивляться, что преследователи не слышат этого грохота.

Минуты, казалось, превратились в часы. Позднецвет услышал шелест сухих листьев. Теперь рептилии искали их совсем рядом. Друзья вновь крепко схватили друг друга за лапы. Сейчас уже темнело, и они понимали, что сумерки могут им помочь — в темноте их убежища совсем не видно. Преследователи переговаривались свистом и шипением — их языка не знал никто, однако по звукам стало понятно, что теперь враги совсем близко. Вот в дыру просунулось копье, скользнуло по спине Дипплера, оцарапало лапу Позднецвету и воткнулось в землю. Наконец, убедившись, что под деревом никого нет, жаба вытащила копье. Друзья лежали совершенно неподвижно, понимая, что болото кишит жабами, ящерицами и тритонами. Они оказались в ловушке.