— Не знаю. Но тебе не мешает скрыться куда-нибудь

— Может, ты меня спрячешь? — поинтересовался Генри, заманчиво улыбаясь.

Гейл непринужденно засмеялась.

— У меня-то Кинрой тебя скорее всего найдет!

— Ты еще не порвала с ним? Напрасно!

— Я сделаю это тогда, когда сочту нужным, — сухо произнесла Гейл, — а точнее никогда. Все пройдет само собой: конец Кинроя — конец связи с Кинроем!

— Как ты безжалостна, Гейл! — усмехнулся Генри.

— Он многих жалел?.. А вообще-то давай ближе к делу, мы много говорим о пустяках!

— Ты права, — согласился Генри. Он покинул прежнее место, пересел поближе к Гейл и с минуту не отрываясь смотрел на нее.

Гейл нервно побарабанила пальцами по столу.

— Так что же? — Откровенные взгляды Генри начали раздражать ее.

— Все очень просто, — уверенно начал он. — Ты узнаешь у Кинроя, когда и куда они поедут в очередной раз, я же намекну кому следует, мол, все провалено, лучше сдать эту шайку. Кое-кому такое тоже выгодно: повышение по службе, да еще и золото впридачу! Кстати, Гейл, ты узнала, где оно, это золото?

Она чуть заметно кивнула, так, что Генри не понял.

— Узнала? — переспросил он.

— Узнала, узнала! — раздраженно выкрикнула Гейл. Генри улыбнулся, прищурив черные глаза.

— Видно, это тебе кое-что стоило!

— Еще бы! — язвительно проговорила Гейл. — А ты как думал? Это тебе не просто так: взял да шепнул кому-то словечко! Моя задача потруднее была!

— Но и моя не из легких! Ты не понимаешь, чем я рискую. И потом, мне еще нужно будет достать хороших лошадей, подготовить все для того, чтобы вовремя смотаться отсюда. Тебя-то никто ни в чем не заподозрит, а я могу попасться очень легко.

— И я могу. Все знают, с кем я была.

— Что с того! Ты женщина! Те, кто был с Кинроем, с ним вместе и пропадут.

— А Энтони?..

— Что Энтони! Уж он-то будет держать язык за зубами.

Гейл замолчала, у Энтони имелись связи с компанией Кинроя: при необходимости тайно врачевал раненых; за услуги доктору платили щедро, и он хранил молчание. На прииске его считали человеком порядочным, Гейл никогда не слышала о нем ничего дурного. Вообще, если разобраться, многие были как-то связаны или с самим Кинроем, или с его людьми… «Добрая половина поселка окажется втянута в это дело, — подумала Гейл, — полиции будет в чем покопаться!»

— Да, пожалуй, — подумав, сказала она, — и все-таки я считаю, что тоже рискую.

— Не спорю, — ответил Генри и спросил: — Так где же золото?

— Не скажу! — с коротким смешком бросила она.

— Но я должен знать!

— Ишь ты, какой прыткий! — заметила Гейл. — Нет, дружок! Ты, может, узнаешь, где золото, да и сбежишь один, а меня оставишь ни с чем!

— Ты мне не веришь?

— Нет. И не пытайся меня уговорить.

— Хорошо, не буду. Но накануне, перед тем, когда все случится, ты мне скажешь?

— Придется. Оно просто окажется у меня дома.

— Золото Кинроя?

— Золото, золото! — раздраженно повторила она. — Да разве на золоте написано, чье оно?! Разве на нем есть кровь тех, кто был за него убит!

— Жаль, что ты мне не доверяешь! — произнес Генри. — Если бы ты знала, как нравишься мне! — Он осторожно приблизился к ней. — Я ничего не пожалею за то, чтоб ты стала моей!

— Ты слишком нетерпелив. — Гейл отвела его руки и сказала, как, бывало, Кинрою: — Еще ничего не заслужил.

Но сейчас она уже не выглядела злой, а улыбалась обманчиво и дразняще в ответ на его жадный взгляд. Ободренный тем, что она не рассердилась на его откровенные слова, Генри все-таки положил свою руку на руку Гейл. Она недоверчиво ухмыльнулась.

— Ты что же, мальчик, влюбился в меня?

— Не называй меня мальчиком, Гейл.

Всматриваясь в Генри, она думала о том, что ничего, в сущности, о нем не знает. Болтали, что он не из бедной семьи, но о том, как и почему он очутился здесь и чем хотел бы заниматься дальше, Гейл не было известно ничего. Она дала себе слово быть осторожной и держала его.

«Кинрой ли, Генри — все равно», — подумала она. Потом сказала:

— Зачем я тебе? Я тебя не люблю и не уверена, что смогу полюбить.

Генри улыбнулся.

— Достаточно, что ты мне нравишься.

— А мне недостаточно.

— Да? Но Кинроя ты тоже не любила. Он просто давал тебе деньги, и ты была довольна.

Гейл дернулась, как ужаленная, но, сдержавшись, произнесла спокойно:

— До поры до времени. К тому же теперь у меня будет собственное золото.

— И все же я предлагаю скрепить нашу сделку. Так мы будем больше друг другу доверять.