Может, у вас нет никаких капсул. Мы не имеем права вам верить.

— Я вам перезвоню, — заколебался террорист, отключаясь. Абуладзе положил трубку, оборачиваясь к премьер-министру.

— Я специально спрашивал его про тип самолета, — пояснил он высокому начальству. — Если им не нужен «Ту-134», значит, лететь собираются достаточно далеко. Но в то же время им не нужен аэробус «Ил-86». Получается, что аэропорт, куда они собираются лететь, не сумеет принять такой самолет и посадочные полосы такого аэропорта явно не столичного образца.

— Аэробус может сесть только в аэропортах определенной категории, — пояснил генерал Лодынин.

— Внимание! — снова сказал дежурный офицер. — Немцы передают, что террорист звонит куда-то в Россию, используя другой канал связи.

Они идут следом за ним, прослушивая всю беседу. Как только беседа закончится, они передадут нам ее содержание и постараются определить телефон, куда он звонил.

Все замерли, понимая, как многое решается именно в этот момент. Дмитриев от волнения развязал узел галстука, не обращая внимания на присутствующих здесь руководителей.

Абуладзе напряженно ждал. Ему по-прежнему не нравилась ситуация, в которой приходилось искать черную кошку в комнате без света. Все напряженно ждали. И наконец дежурный громко сказал:

— Внимание. Еще один телефонный звонок.

Абуладзе поднял трубку.

— Говорите, — строго сказал он.

— Значит, так, — торопливо сказал террорист. — Мы согласны выполнить ваши условия. Первая капсула будет вам передана до того, как вы подготовите самолет. Ее передадут вам в аэропорту, куда наш представитель немедленно выезжает. Представителя нельзя арестовывать, иначе мы разобьем две другие капсулы.

— Понимаю.

— Где ему передать вам капсулу?

Абуладзе посмотрел на Лодынина и Дмитриева.

— В депутатской, — торопливо шепнул генерал ФСБ, — там меньше народу.

— Передайте капсулу в депутатской, — повторил Абуладзе.

— Мы согласны на двести пятьдесят миллионов долларов, — снова быстро сказал террорист.

— Я думаю, — зло заметил Абуладзе, — вас должна была устроить такая сумма. В половине шестого самолет с деньгами будет на взлетной полосе. Вам нужен экипаж?

— Нет.

— Когда нам передадут капсулу?

— Ровно за час до взлета самолета.

— Договорились. — Абуладзе положил трубку на этот раз сам.

— Внимание, — передал дежурный оператор, — связь с АТЦ.

— Внимание, — передал дежурный офицер из АТЦ, — связь с Бонном.

— Внимание, — передал характерный голос на немецком из Бонна, — даем информацию по вашему автомобилю.

— Они использовали систему другой сотовой связи, — сказали из Германии.

— Они использовали систему другой сотовой связи, — перевел переводчик.

— Мы использовали направленный наружный поиск, — говорил немец.

— Мы использовали направленный наружный поиск, — переводил переводчик, почти синхронно работая в ускоренном темпе.

— Геостационарный ретранслятор подключен, — подтвердили из ПВО МВО.

— Передаем запись разговора, — сообщили из Германии.

— Внимание. Тишина. Передается запись разговора.

Все замерли. В Бонне. В Москве. В АТЦ, в штабе ПВО Московского округа, в здании Министерства обороны. Щелчок. Начало разговора.

— Я им позвонил, — сказал террорист из Германии.

— Согласны?

— Да. Но просят уменьшить сумму в два раза.

— Так я и думал. Крохоборы. Ладно, согласимся. Что еще?

— Просят одну игрушку передать раньше времени. Иначе не дадут самолета.

— Все правильно. Мы так и знали. Скажи, игрушку привезут в аэропорт за час до вылета.

— Какой аэропорт?

— Шереметьево-1.

— Узнай, где передать игрушку, и скажи нам.

— Хорошо.

— Что-нибудь еще?

— Спрашивал, какой самолет нам нужен.

Я сказал, что «Ил-62».

— Правильно. Много с ними не говори.

Сразу заканчивай разговор.

— Я перезвоню. Пока.

— Пока.

Террорист отключился. Затем щелчок и разговор с Абуладзе. Этот разговор все слышали, поэтому никто уже не слушал.

— Говорите, — сказал Абуладзе.

— Значит, так, — начал террорист. — Мы согласны выполнить ваши условия…

— Оперативная группа готова, — доложили из ФСБ.

— Из Германии передают номер сотового телефона, по которому звонил террорист, — доложил дежурный АТЦ.