Это было третье место, куда они приехали.

В первом не оказалось никого. Во втором за дверью были слышны только испуганные женские голоса. Оказалось, что брат Игоря давно продал свою квартиру, переехав в другой город.

И тогда Седой назвал третий адрес. Адрес дома у станции метро «Речной вокзал». За рулем сидела Карина, которая выбирала самый короткий маршрут для проезда по городу.

Подъехав к дому, она плавно затормозила и взглянула на сидевшего рядом Седого.

— Опять пойдешь вместе с этим? — спросила она, кивая на заднее сиденье, где сидел Леший. Тот, казалось, не реагировал на ее обидные слова, вызываемые очевидной ревностью женщины к этому непонятному существу, значившему так много для Седого.

— Если хочешь, пойдем с тобой, — пожал плечами Седой. — Леший, ты останешься в машине. — Он вышел из автомобиля и, как обычно, не оборачиваясь, пошел к дому. Карина, сильно хлопнув дверью, отправилась следом.

Она знала, что он никогда не пользуется лифтом, предпочитая подниматься пешком. Вот и сейчас он поднимался достаточно быстро, так быстро, что она еле поспевала за ним. У нужной ему двери он остановился. Не дожидаясь, пока она догонит его, позвонил в дверь.

— Кто там? — спросили за дверью.

— Свои, — ответил Седой, продолжая звонить в дверь.

— Кто это свои? — спросил тот же голос.

— Мне нужен Анджей. Я Седой.

За дверью кто-то хмыкнул и удалился. Через минуту открылась дверь, и Карина с удивлением увидела направленное на них дуло автомата.

— Давайте пушки, — потребовал незнакомец. Седой протянул свой пистолет.

— У нее нет оружия, — быстро сказал он вместо женщины. Дверь открылась, и они вошли в квартиру, оказавшуюся огромными апартаментами, где были соединены несколько квартир. В большой гостиной на диване в экзотическом шелковом халате их ждал хозяин квартиры. Не дожидаясь приглашения, Седой сел в кресло. Карина села в соседнее. Телохранитель хозяина квартиры остался стоять у входа в комнату.

— Давно тебя не видел, Седой, — сказал Анджей. — Зачем приехал?

— Давно, — согласился Седой. Он не любил перекупщика и никогда не имел с ним никаких дел, лишь иногда бывая в тех местах, где любил бывать и Анджей.

— Твоя девочка? — спросил Анджей, показывая на Карину, словно ее здесь вообще не было.

— Я ищу своих ребят. — Седой проигнорировал вопрос хозяина квартиры.

— Каких ребят? — удивился Анджей. Или сделал вид, что удивился.

— Двое моих ребят прячутся от меня. Один из них Игорь, здоровый такой тип. Ты должен его помнить.

— Не знаю такого, — пожал плечами Анджей, — может, когда-то и был, но сейчас не помню.

— Мне они нужны, Анджей, — угрюмо сказал Седой, словно не слушая его, — мне они очень нужны. А ты мог их спрятать. У тебя ведь есть несколько надежных убежищ в городе.

— У меня ничего нет, — нервно дернулся Анджей.

— Ты не понял. — Седой говорил, глядя поляку в глаза своими немигающими зрачками, чем очень нервировал хозяина квартиры. — Я пришел к тебе не в гости. Эти ребята серьезно прокололись. На них мертвяки висят. А ты их покрываешь.

— Почему я покрываю? — суетливо-обиженным голосом спросил Анджей. — Просто я говорю, что их здесь не было.

— Не было, да? — спокойно переспросил Седой и вдруг метнулся, словно лопнувшая пружина. Он прыгнул через столик, опрокинув на пол вазу с фруктами, и схватил за горло Анджея, повалив его на диван и держа в руках нож.

Стоявший в дверях телохранитель даже не успел понять, что именно происходит. И когда опомнился, то сразу навел автомат на напавшего гостя.

— Стой! — грозно крикнул Миша. Он передернул затвор автомата, и в этот момент резко выхватившая из-под джинсовой куртки пистолет Карина сделала выстрел в его сторону. Миша упал сразу как подкошенный. Он только дернул ногами, лежа на полу. Расплывающееся вокруг головы большое темное пятно неопределенного бурого цвета красноречиво свидетельствовало о неожиданной кончине Миши Кривого. Карина замерла на мгновение и лишь затем опустила пистолет. Испуганный Анджей, забыв про нож у собственного горла, переводил изумленный взгляд с лежавшего тела на женщину.

— Вы его убили? — почему-то шепотом спросил Анджей.

— Нет, — спокойно ответил за Карину Седой, — она пригласила его к себе на чай. Где ребята?

— Что? — поперхнулся Анджей. Он вдруг понял, что эта странная парочка, так некстати явившаяся к нему, не остановится ни перед чем. Если они так спокойно убили Мишу, то следом точно так же спокойно убьют и его.

— Не надо! — закричал в ответ на собственные мысли Анджей, забыв о вопросе.

— Где ребята? — снова спросил Седой.

— Они, они… они у Ларисы, — залепетал Анджей, — она их прячет в своем доме. Там две квартиры, ложная стена, две квартиры, ложная стена… — повторил он дважды.

— Поедешь с нами, покажешь, — поднялся с дивана Седой, убирая нож, — и оденься.

— Нет! — Халат на Анджее развязался, и было видно его белое, почти женское тело. — Нет, — умолял поляк, — они меня убьют. Я не могу туда ехать. Пожалуйста, не надо. Они заплатили мне деньги.

Он был прав, и Седой это знал. Жизнь в колонии научила его уважать воровские законы.