Стоявший за дверью человек молча кивнул Седому. Они были знакомы, и лишних слов не требовалось. На Карину этот наблюдатель посмотрел особенно выразительно, но не посмел ничего сказать. Седой и его спутница прошли дальше. В большой комнате за столом сидели франтоватый Константин в галстуке и пожилой представительный мужчина лет пятидесяти в крупных роговых очках, мордастый, с тяжелым подбородком и густой копной хорошо причесанных волос.

— Добрый день, — сказал недовольным голосом пожилой, — приехали наконец.

— Где Леший? — спросил вместо приветствия Седой, проходя к столу. За ним прошла и опустилась на стул Карина.

— С ним все в порядке, — рассерженно кивнул сидевший за столом, — ты лучше мне скажи, куда твой другой напарник подевался?

Этот «петух» Дима.

— Он еще не пришел? — спокойно спросил Седой.

— И не придет, — прохрипел его собеседник, — он сейчас лежит в морге. Эти ребята Карима его взорвали самого. Сначала сунули ему нож в живот, а потом оставили на память наш чемоданчик.

— Это точные сведения? — нахмурился Седой.

— Абсолютно. Твой кретин Дима не сумел даже оставить чемоданчик с «гостинцами».

А люди Карима теперь гуляют в городе. Представляешь, что будет, если их возьмут?

Прыщавый Костя чуть улыбнулся.

— Нужно было их сразу кончать, — заявил он красивым голосом.

— Где кончать? — разозлился Седой. — Мы ведь вместе все рассчитывали. Вернее, вы все сами рассчитывали, Аркадий Александрович.

— Да, — разозлился тот, — но я рассчитывал, что имею дело с нормальными людьми, а не с идиотами. Нужно было просто нажать кнопку и вовремя выйти из машины. И все.

Предлог можно было придумать любой. Живот заболел, мочевой пузырь лопнул, воду пить хочет, бабу знакомую встретил. Да мало ли что!

И так все провалить!

— Так, — сказал хладнокровно Седой, — во-первых, не орите. Я вам не ваша секретарша-проститутка. Во-вторых, давайте спокойно проанализируем. Во время нападения на колонну мы потеряли троих. Пятеро были в машине Карима…

— Надеюсь, с ними все в порядке? — ядовито спросил Аркадий Александрович.

— Если вы имеете в виду, где они находятся, то конечно. В аду. Все пятеро. Машина ГАИ поехала к Лосю, как мы и договаривались.

Значит, в автомобиле «Скорой помощи» должны были остаться трое ребят Карима и Дима.

Итого четверо.

— Трое, — поправил его Костя, — Димы уже нет в живых.

— Трое, — согласился Седой, — хотя, скорее, двое. Один из парней был тяжело ранен.

Я думаю, он до вечера не доживет.

— Думаешь или точно не доживет? — спросил Аркадий Александрович.

— Не доживет. Без врачей долго не протянет. Открытая рана в живот. Шансов почти нет. Они наверняка где-то его бросят, а сами попытаются отсидеться у знакомых или спрятаться.

— Может, они поедут в Реутово? — предположил Костя. Седой проигнорировал его наглый вопрос. Он продолжал вслух размышлять:

— Раненого они, конечно, оставят. Или сдадут в какую-нибудь больницу, которая была на их пути. Машину оставят. Она «чистая», на нас никак не висит. Ее угнали из Орехово-Зуево еще месяц назад. А вот дача в Реутово — это действительно проблема. Если кто-нибудь из ребят расскажет про дачу, будут неприятности.

— Я там все подготовил, — снял очки, протирая их — носовым платком, Аркадий Александрович. — Если туда кто-нибудь сунется, потом кусков не соберешь. Эдик постарался.

— Верно. Но лучше бы вы этого не делали.

— Лучше бы я вообще привел милицию к себе домой.

— Нет. Если бы дача была просто пустой, они бы долго искали, потеряли бы время.

А если там будет взрыв, то сразу станет ясно, что это та самая дача. В этом случае вы напрасно спешили, Аркадий Александрович.

— Ты меня еще поучи. — Он надел очки. — С дачей кончили. Где искать этих ребят? Их нужно найти и… — Он сделал характерный жест рукой по горлу.

— И найти раненого, — напомнил Костя.

— Раненого найти легко, — задумчиво сказал Седой, — просто объехать больницы, которые могли попасться нашей машине. А с ребятами придется повозиться. Я пойду умоюсь и переоденусь. А то от меня псиной несет и пороховой гарью.

Он вышел из комнаты и прошел по коридору в ванную. Раздевшись до пояса, он долго мылся, вытираясь потом большим жестким полотенцем. Куртка и рубашка были разорваны на левом локте, на брюках была запекшаяся кровь. Он поморщился, не пытаясь отмыть кровь. Потом набросил рубашку и, выйдя из ванной комнаты, пошел по коридору к лестнице. Поднявшись наверх по скрипящим ступенькам, он быстро нашел нужную ему дверь.