Рен взглянул на нее, и его бирюзовые глаза искрились весельем.

– Ты коварная.

В ответ Маргарита игриво прикусила нижнюю губку.

– И да, и нет. Тебе нужен кто-то, кто будет прикрывать твою спину. Не думаю, что там ты доверяешь большому количеству людей.

Его глаза моментально превратились в смертельные, голубые льдинки.

– Я там никому не доверяю… – затем его суровый взгляд смягчился. – Кроме тебя, – и обхватил ее лицо ладонями.

Маргарита застонала от его поцелуя. Боже, их отношения были самыми безнадежными во всем мире. Сбежавшая дочка сенатора и тигард, на которого объявили охоту.

Она рассмеялась, несмотря на весь трагизм ситуации.

Рен, нахмурившись, отстранился.

– Извини, – сказала она, легонько поцеловав его. – Я только что подумала, какая замечательная будет статья в «Weekly World News»35: «ДОЧЬ ИЗВЕСТНОГО СЕНАТОРА ОТПРАВЛЯЕТСЯ В ПРОШЛОЕ, ЧТОБЫ СПАСТИ СВОЕГО ПАРНЯ-ТИГРА»

Маргарита прикоснулась к его щеке, и на нее нахлынуло осознание действительности.

– Не могу поверить, что мир, в котором ты живешь, реален. Я продолжаю думать, что все это сон, и я в любую минуту проснусь.

– Я желаю для твоего же блага, чтобы все происходящее было лишь сном. И желаю быть человеком. Но ты должна знать, если я выживу, то не смогу остаться с тобой.

Как она ненавидела эти слова, но понимала – он был честен.

– Знаю.

Рен замер, как только услышал что-то за дверью.

Приподняв голову, он прислушался.

– Что не так? – спросила Маргарита.

К ее удивлению на нем появилась одежда, прежде чем он медленно отошел от постели. Рен жестом приказал ей сохранять молчание.

Он направился к двери.

Из ниоткуда в центре комнаты появился мужчина.

Маргарита ахнула, а Рен повернулся и бросился к злоумышленнику.

Как только он сделал выпад, мужчина исчез.

– Черт побери! – зарычал Рен. – Они нашли нас.

Дверь открылась, и через секунду в комнату ворвался Вэйн.

– Я только что почуял проникновение?

Рен окинул его холодным взглядом.

– Если ты имеешь в виду засранца-тигра, который появился здесь перед твоим приходом, то да.

Вэйн чертыхнулся.

– Вам, ребята, необходимо отправиться в прошлое.

– Я не могу перемещаться до наступления полнолуния, – ответил Рен.

Вэйн ухмыльнулся им.

– Нет, можешь.

В одно минуту они находились на корабле, а в следующую – оказались в богато украшенной комнате с открытыми окнами, сквозь которые был слышен шум уличного транспорта.

Прежде чем Рен оглядел комнату, его лицо приобрело оттенок пепельно-серого, как будто он не мог поверить увиденному.

– Где мы? – спросила Маргарита.

Рен посмотрел широко открытыми глазами на Мэгги.

– В спальне моего отца.

Оглядев комнату, которую не видел более двадцати лет, Рен почувствовал себя так, будто очутился в самом жутком ночном кошмаре. Дьявол, он даже не помнил в точности, как она выглядела. Он видел ее раз или два в детстве, и то мимоходом.

Рен вздрогнул, вспомнив отца, лежащего на полу между кроватью и дверью, мертвым.

Стряхивая с себя возникшие образы, Рен огляделся вокруг. Дизайн комнаты был выдержан в модном в 1980-х годах стиле хай-тек36: в темно-синих и зеленых тонах, с большой водяной кроватью. Вдоль стен висели абстрактные картины, а на одной из стен была натянута шкура тигра, наверняка убитого отцом. Это являлось общей чертой Катагарцев – выставлять напоказ свою первую жертву, как напоминание об их мастерстве и предупреждение для остальных зверей, которые захотят померяться с ними силами.

По размеру шкуры и следам от ран Рен мог сказать, что отец пережил чертовски сложный бой. Но самое главное заключалось в том, что его отец выжил там, где бы другой зверь погиб.

С колотящимся сердцем Рен медленно подошел к открытому окну и увидел, как мимо тщательно охраняемого особняка отца шумным потоком движется транспорт.

– Это тот дом, который сгорел? – спросила Мэгги.

Рен медленно кивнул, снова задаваясь вопросом, кто тогда устроил пожар.

– Мы должны выбраться отсюда, пока нас никто не заметил. У отца была склонность пожирать любого, кто вторгался на его территорию, а я не хочу подтвердить правоту дяди, став убийцей своего отца, когда тот нападет на нас по ошибке.