— Я просто желаю тебе удачи…

— Но не прочь использовать меня в своих целях. Если понадобится, прибегнув и к небольшому шантажу… — Гарбо вполне пришел в себя,

взвесил опасность, оценил — и сделал ответный ход.

Палома сладко улыбнулась ему.

— О, Небо, но разве такой умный и сильный мужчина и без принуждения отказался бы прийти на помощь девушке в беде?

— Конечно же нет, дорогая сестрица! — Коринфиец разлил по кружкам остатки вина. — Итак, чем я могу тебе помочь? Кстати, в ответ на твой вопрос… Судья должен заняться нашим делом через два дня. Полагаю, наутро я уже буду свободен. Так я весь внимание…

— Убили одного немедийца, — без всяких предисловий начала она. — Его звали Скавро, он был бароном. Но сюда, похоже, приехал под видом простолюдина. Поселился в клоповнике на улице Горшечников…

— И все же кто-то добрался до него. Из-за денег?

— Трудно сказать. — Палому порадовала способность собеседника с полуслова подхватить нужный тон. Перепалка закончилась — пора было говорить о делах. — У себя в Бельверусе он жил на широкую ногу. Но здесь… Я не видела ни следа чего-нибудь хоть сколько-то ценного.

— То есть либо ничего не было, либо убийца унес все подчистую.

Девушка покачала головой.

— На ограбление непохоже. Воры редко берут на дело терцию. Или у вас есть любители?

— В сердце? — сразу, по-деловому уточнил Гарбо.

— Нет. В глаз. Коринфиец присвистнул.

— Нет, тогда точно не грабители. По крайней мере, никто из местных. Но об этом твоем парне я ничего не знаю. Хочешь попытаться выяснить? — Палома кивнула. — Это из-за него тебя загребли?

— Да. Взяли в дверях под белы рученьки. Поджидали нарочно — вот только не знаю, именно меня или кого другого. По идее, никто не знал, что я в городе. У меня в Коршене, вообще, никого нет.

— Теперь есть.

— Верно. — Палома улыбнулась. — Теперь другое дело… Поверишь ли, мне совсем не хотелось бы лишиться головы за то, чего не совершала.

— Погоди-ка…

Гарбо жестом подманил одного из подручных, того самого мальца с косичками, что-то прошептал ему на ухо, указывая на обитателей подвала. Коротко кивнув, парнишка начал свой обход. Начал с игравших в кости приятелей, по очереди задавая каждому какой-то вопрос, затем не спеша обошел остальных, не поленившись разбудить и спящих. Выслушав ответ, каждый раз качал головой, подавая знак главарю.

Нет, похоже, здесь о Скавро никто ничего не слыхал.

— Не беда, — утешил ее коринфиец. — Стоит мне выйти — я весь город перетряхну, можешь не сомневаться. Наш Дворец — не самое подходящее место для такой красотки как ты. А уж виселица — тем паче не для тебя. Так что вытащим, не трусь.

— Не сомневаюсь. — Палома засмеялась. По правде сказать, впервые за последние сутки она ощутила что-то похожее на надежду. Ей стоило больших усилий все это время не выдавать снедавшей душу тревоги, но, конечно, положение было опасным. И помощь Гарбо ей ох как пригодится!.. Воистину, приручить этого волка было мудрым шагом.

— Кстати, — легким тоном заметила она, намеренно меняя тему разговора, — Вы все называете эту тюрьму дворцом. Что за странная шутка?

— Никаких шуток, — словно бы даже обиделся коринфиец. — Это самый что ни на есть настоящий дворец. Здесь внизу раньше были погреба… ну и графская темница, само собой, только куда меньше нынешней.

— А наверху что? Тоже камеры?

— Зачем, для этого подвалов хватает. Верхние залы — там кого только нет. Если не считать Месьора… Там судейские, канцелярия, стражники живут, да еще Митра ведает что. Но дворец громадный, сама видела. Большей частью пустой стоит. Рушится помаленьку. А жаль — такая красота пропадает…

Никогда еще Палома не слыхала ничего подобного. Чтобы огромный замок использовали под тюрьму, да еще так нелепо… Ей вспомнились изуродованные двери, прорубленная лестница в подвал. Точно чья-то злая воля намеренно отдала дворец на поругание! И, интересно, что это за Месьор, о ком упомянул Гарбо?.. Но она не успела ни о чем больше расспросить коринфийца.

Дверь темницы распахнулась, и старший из двух появившихся стражников зычно выкрикнул с порога:

— Где тут девица, называющая себя Паломой по прозванию Оса? Графский судья желает тебя видеть!

Девушка поднялась с места, вопросительно покосившись на Гарбо. Что-то слишком быстро до нее дошла очередь. Может, он объяснит? Но в глазах коринфийца было искреннее недоумение.

— Да пребудет с тобой Небо, сестра, — прошептал он одними губами.

Эрверд с другого конца подвала дернулся было встать, но его удержали. Как видно, остальные заключенные тоже понимали, что дело нечисто. Никто не хотел рисковать и привлекать к себе внимание.

Пожав плечами, Палома двинулась к дверям, на ходу оправляя тунику. Стражники пропустили ее вперед. Она вышла, не обернувшись, спиной чувствуя устремленные на нее взгляды.