Никакой рефлексии. В галактике идет война, и моя операция — всего лишь часть этой войны. И неважно, что на этот раз мне придется убивать людей, а не разумных ящеров скаари. Мне уже доводилось убивать людей, пусть и не в таких количествах.

Я хорошо помнил Киру. Миниатюрная девушка, сидевшая за штурвалом спортивного «маккларена», на котором мы уходили от погони, демонстрируя чудеса пилотирования. Мастерству этой девушки я обязан жизнью. Несмотря на то что побег был спланирован самой службой, опасности нам тогда грозили отнюдь не иллюзорные.

Четыре минуты до того момента, когда мне нужно будет покинуть капсулу.

Четыре минуты до моего первого настоящего сражения, в котором мне предстоит биться одному, и никто не будет прикрывать мне спину. Стычка с киллерами на станции не в счет, это все же была не война. А на Новой Колумбии я дрался не один.

Азим настаивал, что мы должны идти вдвоем, но в конце концов сдался перед напором реальности. Кто-то должен был остаться на корабле, а Азим все же был лучшим пилотом, чем я.

— Посадка корабля не останется незамеченной, — сказал я тогда. — Мы утратим эффект внезапности, на котором базируется вся операция и который является залогом ее успеха. Ты сбросишь десантную капсулу с дальней орбиты и до времени уйдешь на другую сторону планеты, где тебя не смогут засечь приборы. Визерс считает, что это лучшее решение проблемы.

— Звучит разумно, но с небольшой поправкой, — сказал Азим. — В десантной капсуле буду я.

— Вряд ли это будет разумно, — возразил я. — Когда я закончу на поверхности, корабль придется сажать, и сажать быстро, а у меня нет твоего летного опыта. К чему все старания, если при посадке я расколочу «Ястреб» о планету?

— У тебя и моего боевого опыта нет, — сказал Азим.

— Стреляю я все же лучше, чем рулю.

— Стрелять вообще проще, — согласился Азим.

— К тому же у меня есть шестое чувство…

— И лучше бы ты на него не полагался.

— Визерс считает, что меня сложно убить.

— На это я бы тоже не полагался, — сказал Азим. — Смерть — это такая штука… Одного раза вполне достаточно.

Одного раза вполне достаточно.

Эта формула верна для всех, кроме Феникса, которому удалось воскреснуть уже четыре раза. Как минимум четыре раза.

Является ли Феникс регрессором, «другим», или же он просто агент скаари, для которого они выдумали целую легенду?

Если поверить теории Визерса о регрессорах и равновесии, которое они поддерживают, то речь идет о запредельной мощи. Корабли-разрушители, в одиночку способные уничтожить половину военного флота Гегемонии, — это весьма веский повод задуматься о том, откуда приходят регрессоры и что они еще могут с собой принести.

Хаос и разрушение, потери, исчисляемые миллионами, если не миллиардами жизней. Война против взбесившегося искусственного интеллекта, названная Войной Регресса, стоила человечеству нескольких миллиардов и навсегда оставила отпечаток на его облике.

Если регрессоры существуют, наши жизни для них ничего не стоят, о чем весьма красноречиво говорят масштабы их деятельности. Даже если Визерсу удастся захватить одного из их агентов влияния, что мы можем им противопоставить?

Когда я думал о регрессорах, они представлялись мне в качестве этакого сверхразума, играющего в трехстороннюю стратегию реального времени, главной локацией которой является исследованный сектор космоса. Если хотя бы понять, с какими целями он ведет эту игру…

Время.

Я нажал кнопку сброса, и десантная капсула развалилась на несколько частей, как шоколадная оболочка киндер-сюрприза, внутри которой скрывается ярко раскрашенный сувенир.

Только в данном случае сувенир окрашен в черный цвет и не принесет детишкам никакой радости.

Я включил ранцевый двигатель скафандра, чуть замедляя падение, и обломки капсулы, еще мгновение назад продолжавшие полет рядом со мной, унеслись вниз.

В этой части Тайгера-5 было раннее утро. Небо затянуто красными облаками, через которые еле-еле пробиваются лучи местного светила. Атмосфера планеты непригодна для человеческого дыхания, поэтому лаборатория генерала Корбена накрыта куполом, под которым постоянно работающие рециркуляторы поддерживают необходимый уровень кислорода.

Главный корпус герметичен и обладает своей собственной атмосферой.

Обломки десантной капсулы обрушились на купол. Тут же сработали вмонтированные в них взрывные устройства, и подо мной на поверхности планеты полыхнул неслабый взрыв. Когда рассеялся дым и немного улеглась поднятая пыль, я был уже на высоте меньше пятисот метров, а защитный купол перестал существовать.

Я активировал встроенный в левый рукав скафандра ракетомет и навел крестик на первую цель.

— Радж не поскупился, — констатировал Азим, когда мы стояли в шлюзовом отсеке и рассматривали тяжелую броню, которую барон Хэммонд предоставил нам вместе с кораблем. — Это боевой доспех «Черных драконов», версия 4.2. Самая надежная и проверенная из всех возможных. Хотя уже не самая современная.