— Но это так трудно.

— Да, трудно, — вздохнул Макс. — Когда-то давно я прочитал строчки, которые часто мне помогали. Кажется, их написал человек по имени Нил Берт: «Единственный способ чего-то достичь — это очень захотеть». Если вы подвели Мишель или Мишель подвела вас — вы обе должны захотеть помочь друг другу, и тогда между вами установится мир.

— А вы сами… — прошептала Эвиана. — Часто вы себе прощаете?

— Нет, не часто, — чуть подумав, признался Макс.

Неожиданно Эвиана приподняла голову и стыдливо произнесла:

— Макс, поцелуйте меня, пожалуйста, еще раз.

— Но на нас, кажется, смотрят…

Техники из «Парка Грез» притушили свет и ослабили ветер.

После многокилометрового перехода игроки облюбовали небольшую и уютную пещеру в ближайших отрогах. Где-то там, в ущелье, вновь закружила вьюга, а в пещере было тепло, как в деревенской избе. Высокую температуру воздуха создавали термальные ключи, бившие во многих местах и несущие свои воды в большое озеро. Ледяные сталактиты свисали над игроками дамокловыми мечами, но были ничуть не страшны, в свете фонарей и большого костра они казались сказочно красивыми.

Йорнелл бесцельно бродил босиком по одному из ручейков. Шарлей нашла гвардейца самым элегантным и подтянутым мужчиной в команде. Она решила, что лишь первые сотрудники «Падших ангелов» были такими вот красавцами.

Острая боль отвлекла Шарлей от интересных наблюдений.

— Что, здорово болит? — спросил Оливер, срывая с колена девушки пневматическую повязку.

От боли перед глазами Шарлей поплыли черные круги, но она, стиснув зубы, ответила:

— Нет, ничего.

Чуть оправившись от боли, Шарлей взглянула на Трианну Ститвуд и Джонни Уэлша, которые, словно дети, резвились в озере.

— Вот вам! Вот вам! — кричала Трианна, брызгая в лицо Уэлшу.

Снежная Лебедь сидела на противоположном берегу в окружении нескольких игроков и разучивала с ними какие-то песни. Иногда был слышен голос Орсона Сэндса, на удивление высокий и приятный. Вовсю старался и По! ас Ему явно мешало присутствие Орсона.

Оливер Франк по-прежнему хлопотал вокруг Шарлей.

— Ничего, ничего, — успокаивал он. — Все образуется. По моему профессиональному мнению, здоровый сон, кальциевые препара-1ы и хорошее настроение приведут вас к норме через каких-то два месяца. А сейчас попробуйте прогуляться по пещере и ни о чем не думайте.

— Это приказ врача? — усмехнулась Шар-лен.

— Это совет врача.

Шарлей с трудом поднялась с валуна и осторожно сделала несколько шагов. Затем она медленно обогнула кострище и побрела вдоль берега озера.

У костра, большого и красивого, игроки доедали свой ужин.

— Ну как? — спросила Снежная Лебедь. — Удалось ли Оливеру вылечить ваши ноги?

— Он сказал, что воспаление коленных суставов пройдет только через два месяца.

Появился Кевин Титус. Он с завистью смотрел на плескающихся Трианну и Джонни.

— Кевин, вы можете прочесть какие-нибудь стихи? — спросила юношу Снежная Лебедь.

— Конечно.

Кевин прочел небольшое стихотворение про бедного араба и быстро перешел на другую тему.

— Колено еще болит?

— Все прекрасно, — бодро ответила Шарлен.

Подошел Пегас. Нагнувшись перед Шарлен, он бесцеремонно ткнул пальцем в ее колено, затем слащаво улыбнулся и на виду некоторых игроков погладил девушку по бедру."

Шарлей отпрянула назад, но скандала не закатила.

— Вам нравится? — спокойно спросила она.

Пегас неожиданно смутился и промямлил что-то невнятное.

В ответ Шарлей улыбнулась и проворковала:

— Если вы будете умницей, то я позволю вам прогуляться со мной и даже что-нибудь рассказать.

От неожиданного предложения Пегас, казалось, потерял дар речи. Шарлей кокетливо пожала плечами.

— Как хотите. Я прогуляюсь сама. Может, подцеплю какого-нибудь террориста.

Пегас театрально преклонил одно колено и, протянув к Шарлей руки, томно произнес:

— О дивная, куда явится плоть твоя, туда и я прибыть обязан!

Вскоре они уединились в тишайшем уголке пещеры.

Галантно усадив Шарлей на теплый валун, Пегас без обиняков спросил:

— Вы, кажется, меня соблазняете?

— Соблазняю? — удивилась девушка. — Я вас уже соблазнила!

Шарлей обняла мужчину и положила голову ему на грудь.

Пегас долго молчал, не зная, что сказать. Наконец он вздохнул и мечтательно произнес:

— Вот за такие моменты в жизни можно сгореть на костре…