Каждый день нас снова и снова гоняли на полевые учения, невзирая на погоду, причем моим ребятам доставалось больше всех, поскольку, независимо от того, какая рота проводила учения, всем требовались связисты. Легко догадаться, что чаще всего трудности выпадали на долю Левина, Он безропотно и добросовестно выполнял свои обязанности. Настолько добросовестно, что однажды обморозил себе ноги, когда ему пришлось несколько часов просидеть с радиостанцией в окопе по колено в воде.

Док Кайзер вызвал меня к себе и предложил освободить Левина на пару дней от всех нарядов. Я, разумеется, не возражал, но запротестовал сам Левин.

— Ребятам это не понравится, — грустно сказал он, когда я помогал ему добраться до палатки.

— Да брось, Джейк. Все о'кей. Через месяц-другой станешь капралом, так что держись, старик. Считай, что принят в семью.

— Нет, Мак, еще нет. — Он закурил сигарету и глубоко затянулся дымом. — Пока не побываю в бою, я не могу стать одним из них.

— Это кто же так решил? Ты сам или кто подсказал?

— Иди ты к черту, Мак, я же серьезно так думаю.

— А я тебе говорю, хватит надрываться. Они уже приняли тебя. Постой... я, кажется, понял... Это потому, что ты еврей?

Левин побледнел. Я обнял его за плечи.

— Ты просто спятил, Джейк. Из-за Непоседы, да?

— Я не знаю, почему он невзлюбил меня, Мак. Я делаю все, чтобы подружиться с ним и не хочу неприятностей, но еще немного, и я не выдержу и набью ему морду, а там хоть под трибунал. Ребята тоже часто подначивают меня, но я знаю, что они шутят, а Непоседа...

— Да он в общем неплохой парень и еще образумится, посмотришь.

— Он говорит, что война началась из-за евреев, что все евреи трусы...

— Эх, Джейк, если бы достаточно было набить морду, чтобы вышибить из человека дурь... Ладно, пойдем-ка лучше в клуб, я угощу тебя пивом.

Испанец Джо облокотился на стойку бара и, окинув взглядом обступившую его толпу восхищенных новозеландцев, горестно вздохнул.

— Да-да, друзья мои, совсем стал плох старый Джо. Теперь даже Джо Луис [14] может обставить меня.

Посетители бара с сыновьим почтением внимали испанцу, уважительно поглядывая на орденские ленточки (которые Джо недавно купил в армейской лавке на базе).

— Смотри-смотри, — говорили они, подталкивая друг друга локтями. — Видал? Вот это парень!

Джо чуть не мурлыкал от удовольствия и не забывал выпячивать грудь.

— Да, приятель, пришлось повоевать. Помнится, как-то я находился в разведдозоре на Чертовой реке у Дьявольских гор. Мы забрались миль на пять за линию фронта. Я был проводником и вел отряд. Потом напоролись на японцев, и из всего дозора остался я один. Другой бы на моем месте растерялся, но только не старый добрый Джо Гомес...

Я сидел за столом недалеко от стойки бара и вполуха слушал болтовню испанца. Рядом со мной расположился Мэрион с толстенной книгой в руках.

— Что читаешь, Мэри?

Ходкисс снял очки и, положив книгу, протер усталые глаза.

— "Война и мир" Толстого. Чертовски интересная вещь.

— Похоже, Джо сегодня в ударе.

Мэрион улыбнулся.

— Ничего, пускай развлекается. Две недели я продержал его в лагере, и он был примерным мальчиком.

Тем временем Джо опрокинул в рот очередную кружку пива и продолжал:

— Жара стояла страшная. Градусов пятьдесят в тени. Пот градом катился с меня и жрать хотелось, как голодному койоту. Я огляделся и... даже вспоминать жутко... в пяти шагах от меня сидел японец с пулеметом. Ствол смотрел мне прямо в живот. «Спасайся! Банзай!» — кричал он.

— Чтоб я сдох! Вот это да! — выдохнул кто-то из слушателей.

— Испанец Джо Гомес, сказал я себе, сколько девчонок оденется в траур, если тебя убьют! Но не таков Джо, чтобы сдаваться. В мгновение ока я примкнул штык и бросился на пулемет... — Джо перевел дух и приложился к пиву, поглядывая на посетителей.

— Ну и что? Что дальше? — спросил самый нетерпеливый.

— А как ты думаешь? — огрызнулся Джо. — Конечно, меня пристрелили, баран!

Я ухмыльнулся, увидев обалдевшие лица, и снова повернулся к Мэриону.

— Как Рэчел? Пишет?

— Конечно. Каждую неделю.

— Рэчел умница. Повезло тебе, Мэрион.

— Это трудно отрицать.

Я сделал добрый глоток пива.

— Скажи мне, Мэрион, у вас с Джо что-то не так из-за Рэчел?

Мэрион опустил голову.

— Н-не знаю, Мак. Он никогда не упоминает ее имени, но иногда мне кажется, что он... ну, как тебе сказать...